«Иисус же сказал им: „Я — хлеб жизни; приходящий ко Мне не будет алкать, и верующий в Меня не будет жаждать никогда. Но Я сказал вам, что вы и видели Меня и не веруете. Всё, что даёт Мне Отец, ко Мне придёт; и приходящего ко Мне не изгоню вон, ибо Я сошёл с небес не для того, чтобы творить волю Мою, но волю пославшего Меня Отца. Воля же пославшего Меня Отца есть та, чтобы из того, что Он Мне дал, ничего не погубить, но всё то воскресить в последний день. Воля Пославшего Меня есть та, чтобы всякий, видящий Сына и верующий в Него, имел жизнь вечную; и Я воскрешу его в последний день“. Возроптали на Него иудеи за то, что Он сказал: „Я — хлеб, сошедший с небес“. И говорили: „Не Иисус ли это, сын Иосифа, Которого отца и мать мы знаем? Как же говорит Он: 'Я сошёл с небес'?“ Иисус сказал им в ответ: „Не ропщите между собой. Никто не может прийти ко Мне, если не привлечёт его Отец, пославший Меня; и Я воскрешу его в последний день. У пророков написано: 'И будут все научены Богом'. Всякий, слышавший от Отца и научившийся, приходит ко Мне. Это не то, чтобы кто видел Отца, кроме Того, Кто есть от Бога, — Он видел Отца. Истинно, истинно говорю вам: верующий в Меня имеет жизнь вечную“» (Ин. 6:35–47).

Стих 35. Из-за своего материалистического образа мыслей эти люди не поняли сказанного Иисусом о «хлебе Божием, приходящем с небес и дающем жизнь миру» (6:33). Тогда в ответ на их просьбу Иисус ясно сказал им: «Я — хлеб жизни» (в греческом тексте дословно написано: «Я есть хлеб жизни»; см. Современный Перевод, Международное Библейское Общество, Новый Русский Перевод), повторив это ещё раз в 6:48. Ранее Иисус говорил о Себе как о Том, кто даёт нетленную пищу («хлеб»), ведущую к вечной жизни. Теперь Он назвал Себя этой пищей («хлебом»). Этот «хлеб жизни» не похож на манну, которой питались израильтяне в пустыне. Он не был чем-то физическим, что можно собрать и съесть. Этот хлеб и есть Сам Иисус! Он был послан Отцом, чтобы отдать Себя, дабы другие могли обрести жизнь.

Фраза Иисуса «Я есть» (эго эйми) стоит в сильной позиции, делая акцент на Его божественности (см. Исх. 3:14). «Я есть хлеб жизни» — первое из семи заявлений Иисуса, имеющих подобную конструкцию, когда Иисус начинает со слов «Я есть», за которыми следует придаточное предложение. Остальные шесть заявлений, начинающихся с «Я есть», имеют продолжения: «Свет миру» (8:12), «дверь овцам» (10:7; см. 10:9), «Пастырь добрый» (10:11, 14), «воскресение и жизнь» (11:25), «путь, истина и жизнь» (14:6) и «истинная виноградная лоза» (15:1; см. 15:5). Помимо этих «Я есть» — утверждений, в Евангелии от Иоанна встречается несколько одиночных «Я есть» без последующего продолжения (см. 6:20; 8:24, 28, 58; 18:6).

Иисус продолжал говорить: «Приходящий ко Мне не будет алкать, и верующий в Меня не будет жаждать никогда». Чтобы получить этот «хлеб», все должны «прийти» к Иисусу и «уверовать» в Него. Хотя эти понятия можно считать равносильными, Б. Уесткотт считает, что лучше их рассматривать по отдельности: «Первое слово означает активную и направленную вовне веру дел; второе означает веру, проявляющуюся в мышлении, спокойную и направленную во внутрь». О необходимости «прихода к Христу» говорится и в 5:40; 6:37, 44, 45, 65; и 7:37. И голод и жажду можно утолить духовной пищей и водой, которую даёт Иисус. Только Иисус может избавить людей от состояния внутренней пустоты, о которой писал Блез Паскаль: «Её он [человек] тщетно пытается наполнить всем, что его окружает, надеясь найти в отсутствующих вещах облегчение, которое ему не могут дать вещи, уже имеющиеся у него; хотя ничто не может помочь ему, поскольку бесконечную бездну можно наполнить лишь тем, что само является бесконечным и неизменным, то есть самим Богом».

Стихи 36, 37. Иисус оставил тему «хлеба жизни», произнеся слово «но» (алла), подразумевая резкое противопоставление. Подобно тому, как ранее Иисус обвинил в неверии находящихся в Иерусалиме, так теперь Он обвинял в этом галилеян. Хотя мы не можем с точностью утверждать, что Иисус имел в виду под словами «Я сказал вам», суть сказанного следовавшим за Ним содержится в 6:26. Всего лишь накануне они видели перед собой человека, обладавшего великой силой, которого даже хотели сделать своим царём (6:14, 15). Они видели Его силу, когда Он насытил тысячи людей, но не поняли значения совершённого Им чуда и истину о том, кем был Иисус. Они видели лишь чудо и потенциал этого чуда. Из-за своего упрямства они не хотели смотреть за пределы физического действа преумножения хлебов и рыбы. Это упрямство привело их к неверию и отвержению Иисуса, «хлеба жизни».

Затем Иисус сказал: «Всё, что даёт Мне Отец, ко Мне придёт». «Всё, что» (пан) имеет форму единственного числа среднего рода и является характерной чертой трудов Иоанна (6:39; см. 17:2; 1 Ин. 5:4), вместо ожидаемого множественного числа мужского рода. Хотя между исследователями нет единого мнению о специфике этой формы, некоторые из них считают, что «она придаёт больший собирательный смысл всему высказыванию». «Всё что» означает всех людей в целом, тогда как «всякий, кто» относится к определённому количеству от общего числа. Та же мысль прослеживается и в 6:39, 40 (см. 17:2). Иисус сказал, что все (верующие) были даны Ему Его Отцом. Каким образом Бог даёт кого-либо Иисусу? (1) Некоторые полагают, что Бог Сам Своей божественной и единоличной властью решает, кто будет спасён и передаёт этих людей Иисусу. (2) Более точным является предположение, что Бог приводит людей, проявляя Свою бесконечную любовь, милость и доброту. По словам Павла, «благость Божия ведёт тебя к покаянию» (Рим. 2:4). Эта благость зримо проявилась в том, что Он дал нам Своего Сына (3:16; Рим. 5:6–10). Те, кто по доброй воле откликаются на дар Божьей любви, и есть теми людьми, каких Бог даёт Иисусу.

Однозначность фразы «приходящий ко Мне» («тот, кто пришёл ко Мне»; Современный Перевод) подчёркивает индивидуальную ответственность и отсутствие принуждения. Р. Фостер пишет: «Бог не действует силой на человека и не приводит его к Иисусу, заставляя принять Его. Человек сам решает принимать или отвергать. Бог заранее знает, какое решение примет человек. В этом смысле Он даёт людей Иисусу». И здесь, и в других местах Иисус призывает людей, приглашая к Себе. Тех, которые принимают Его, Отец даёт Ему; все остальные отвергаются не потому, что они не могут прийти, а потому что не желают прийти к Нему!». Бог предлагает Свою благодать всем людям (Тит. 2:11) и даёт благую весть всем без исключения (см. Мк. 16:15). Однако не все покоряются евангелию (2 Фес. 1:7–9); и отвергающие его погибнут: не потому, что так решено на небесах, а из-за своего собственного выбора. Бог «хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1 Тим. 2:4). Иисус никогда не изгонит вон приходящего к Нему в вере. В Современном Переводе добавлено слово «никогда», чтобы лучше передать силу отрицательной частицы оу мэ. Иисус всегда будет принимать тех, кто приходит к Нему со смиренной верой. Он никогда не отвергнет их.

Стихи 38–40. На причину, по которой Иисус никогда не отвергнет приходящих к Нему, в 6:38 указывает союз хоти, означающий «ибо». Иисус говорит о цели Своего прихода на землю с помощью отрицательной и утвердительной конструкции: «Я сошёл с небес не для того, чтобы творить волю Мою, но волю Пославшего Меня» (6:38). О том, что Иисус пришёл с небес, в этой главе упоминается семь раз (6:33, 38, 41, 42, 50, 51, 58), что также свидетельствует о Его божественности. То, что Иисус и Его Отец едины в Своей цели, следует из того, что Иисус сошёл с небес с особой целью исполнить волю Своего Отца (см. 4:34).

«„Старайтесь не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную, которую даст вам Сын Человеческий, ибо на Нём положил печать Свою Отец, Бог». Итак, сказали Ему: «Что нам делать, чтобы творить дела Божии?» Иисус сказал им в ответ: «Вот дело Божие: чтобы вы веровали в Того, Кого Он послал». На это сказали Ему: «Какое же Ты дашь знамение, чтобы мы увидели и поверили Тебе? Что Ты сделаешь? Отцы наши ели манну в пустыне, как написано: 'Хлеб с неба дал им есть'». Иисус же сказал им: «Истинно, истинно говорю вам: не Моисей дал вам хлеб с неба, а Отец Мой даёт вам истинный хлеб с небес. Ибо хлеб Божий есть Тот, Который сходит с небес и даёт жизнь миру». На это сказали Ему: «Господи! Подавай нам всегда такой хлеб»» (Ин. 6:27–34).

Стих 27. Этим стихом начинается разговор Иисуса о «хлебе жизни» (см. 6:35), который произошёл в синагоге, когда Он учил в Капернауме (6:59). Мы не знаем, когда они пришли в синагогу. Возможно, это произошло в то время, когда Иисус произнёс слова из настоящего стиха. Этот разговор начался как диалог между Иисусом и Его слушателями, но затем перерос в монолог Иисуса. Как комментирует Ф. Брюс, «В этом нет ничего необычного», а затем добавляет, что это было частью того, что называлось «свободой синагоги».

Иисус призвал людей стараться («трудиться»; Современный Перевод) для правильной пищи: «не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную». Здесь Он противопоставляет физическое, то есть временное, и духовное, которое является вечным. Это противопоставление напоминает сказанное Иисусом в разговоре с самарянкой о физической и вечной воде. Подобно тому как физическая вода из колодца Иакова не могла утолить духовную жажду души в отличие от «воды живой» (см. 4:10–14), так и «пища тленная» не могла утолить духовный голод в отличие от «пищи, пребывающей в жизнь вечную». Физическая еда подкрепляет лишь на короткое время. Через какое-то время после того, как человек поел и насытился, он снова чувствует голод. Пища, подобно другим вещам этого мира, со временем оставляет человека с ощущением пустоты и неудовлетворённости. Так и должно быть, потому что это предусмотрено Богом. Бог желает, чтобы Его народ понимал, что пища, как и всё временное, не может дать полного удовлетворения. Иисус учил, что человек должен трудиться не ради тленной пищи. Это не значит, что не следует заботиться о пропитании для своей семьи (см. 1 Тим. 5:8) или что не нужно работать (см. 2 Фес. 3:10–12). Наоборот, трудиться следует на совесть, однако при этом не пренебрегать пищей, которая приносит жизнь вечную. Именно ради этой пищи Иисус призывал Своих слушателей усердно трудиться. (Этот труд, как объясняется в 6:29, заключается в вере в Иисуса).

Иисус, дающий людям нетленную пищу, говоря о Себе использует название «Сын Человеческий». Фраза «которую даст вам» относится к этой пище и вечной жизни или и тому, и другому, поскольку в данном контексте Иисус является той пищей, которая пребывает в жизнь вечную. Он и есть «истинный хлеб» с небес (6:32) — «хлеб жизни» (6:35, 48). Приходящие к Нему никогда более не будут испытывать духовный голод (6:35). Иисус даёт пищу, которая «пребывает в жизнь вечную». Этот дар, хотя и даётся нам Сыном Человеческим, даётся при условии личного усердия, то есть усилий и желания получить его. Это не означает, что этот дар можно «заработать своим трудом», поскольку дар — это не то, что приобретается. Гарантией получения этого дара нетленной пищи, к которому стремятся люди, является то, что «на Нём положил печать Свою Отец Бог». Бог «поставил печать» на Сыне Человеческом, удостоверяющую уникальное право Его Сына давать пищу, которая ведёт к вечной жизни. Форма аориста глагола, переведённого как «положил печать» (эсфрагисен), предполагает, хотя и не обязательно, что Отец сделал это в конкретное время. Если это так, тогда этим временем могло быть крещение Иисуса, когда на Него сошёл Святой Дух (1:32–34).

Стихи 28, 29. Толпа неверно истолковала слова Иисуса. Вместо того, чтобы сосредоточиться на том, ради чего они должны трудиться, то есть пище, ведущей к вечной жизни, они стали расспрашивать о делах, которые им следует делать: «Что нам делать, чтобы творить дела Божии?» Эти «дела Божии» — не то, что делает Бог, но скорее то, чего требует Бог (см. Современный Перевод, Международное Библейское Общество, Новый Русский Перевод). Как это часто случалось, слушавшие Иисуса иудеи рассуждали в рамках совершения каких-то дел, которыми можно было заслужить благоволение Бога и вечное спасение. Они всегда были убеждены, что богоугодной праведности можно добиться только через выполнение конкретных дел. Не понимая, как Бог оправдывает человека, они пытались установить свою собственную систему праведности (см. Рим. 1:17; 10:3).

Ответ Иисуса был совершенно неожиданным: «Вот дело Божие: чтобы вы веровали в Того, Кого Он послал». Вместо слов людей «дела Божии» Иисус сказал «дело Божие», или другими словами, «требование Божие», которое можно выразить одним словом «вера». Хотя существительное «вера» (пистис) в этом евангелии не употребляется, однокоренной глагол «верить» (пистеуо) встречается в книге Иоанна девяносто восемь раз (начиная с 1:7, 12). Вопреки распространённым убеждениям евреев Бог не требует, чтобы мы накапливали дела, достойные награды; Ему нужна вера, которая полагается на Его слово и желает смиренно подчиняться его требованиям. Вера действительно является трудом или «делом», однако не в том смысле, что Божье благоволение можно заслужить, совершая определённые поступки, а в том, чтобы смиренно и с благодарностью принять то, что Он сделал для нас через Христа. Основанием для спасающей веры является не наши достижения, а искупление. Обретение спасения — это не вопрос дел, независимо от веры, как и не вопрос веры, независимо от дел.

Вера как «дело» или труд — это та самая вера, о которой писал Иаков, когда сказал: «вера без дел мертва» (Иак. 2:20). Он привёл пример Авраама и добавил, что Авраам «делами… оправдался… возложив на жертвенник Исаака, сына своего… делами вера [его] достигла совершенства» (Иак. 2:21, 22; см. Деян. 10:34, 35). Иаков говорил о «делах», предусмотренных Божьим замыслом. В отличие от него Павел говорил о делах, которые не входили в Божий замысел, когда писал о «спасении через веру», а «не от дел» (Еф. 2:8, 9). Под «делами» он имел в виду то, чем можно «хвалиться» (Еф. 2:9). Эти дела он подразумевал и когда писал: «Ибо мы признаём, что человек оправдывается верой, независимо от дел закона» (Рим. 3:28).

«На другой день народ, стоявший по ту сторону моря, видел, что там, кроме одной лодки, в которую вошли ученики Его, иной не было и что Иисус не входил в лодку с учениками Своими, а отплыли одни ученики Его. Между тем пришли из Тивериады другие лодки близко к тому месту, где ели хлеб по благословении Господнем. Итак, когда народ увидел, что тут нет Иисуса, ни учеников Его, то вошли в лодки и приплыли в Капернаум, ища Иисуса. И, найдя Его на той стороне моря, сказали Ему: „Равви! Когда Ты сюда пришёл?“ Иисус сказал им в ответ: „Истинно, истинно говорю вам: вы ищете Меня не потому, что видели чудеса, но потому что ели хлеб и насытились“» (Ин. 6:22–26).

Стихи 22–24. После насыщения пяти тысяч, толпа хотела взять Иисуса и силой сделать своим земным царём. Поняв это, Иисус велел Своим ученикам войти в лодку и отплыть на запад в направлении Капернаума, после чего Он отпустил народ и пошёл на гору помолиться. Поскольку многие по-прежнему были полны решимости поставить Иисуса царём, на другой день народ, стоявший по ту сторону моря (на том месте, где состоялось насыщение пяти тысяч), пришёл искать Его. Они были в недоумении, так как накануне там была только одна лодка, и в той лодке отплыли одни ученики Его. Они видели, что Иисус не входил в лодку с учениками, и тем не менее нигде не могли найти Его на следующий день (6:22).

Ин. 6:23 представляет собой нечто вроде вставки (подобно 4:2), которая объясняет, как толпа людей, оставшаяся после того, как Иисус отпустил народ, переправилась через озеро, а также подготавливает сцену для последующего разговора о «хлебе жизни». Объяснение заключается в том, что на восточный берег пришли из Тивериады другие лодки. Некоторые из них могли быть унесены во время ночного шторма, другие могли прибыть, чтобы забрать своих друзей или соседей. Как бы то ни было, рядом были лодки, и люди вошли в них и приплыли в Капернаум в надежде найти там Иисуса (6:24).

Стихи 25, 26. Найдя Иисуса в Капернауме, на той стороне моря, они захотели узнать, как Он попал туда, поскольку видели, что Он не отплывал с учениками. Они приветствовали Иисуса, назвав Его «Равви». Подобное обращение указывает на то, что они относились к Нему с уважением и почётом, хотя и не понимали природу царства, которое Он им предлагал, и были готовы оспорить Его учение о «хлебе жизни». Они спросили Его: «Когда Ты сюда пришёл?», по сути, подразумевая «Как?», а не только «Когда?».

Иисус, используя двойное утверждение «Истинно, истинно», не стал отвечать на их вопрос, а вместо этого сказал, что мотивы, побудившие их искать Его, были не чисты: «Вы ищете Меня не потому, что видели чудеса, но потому что ели хлеб и насытились». Их интересовали материальные последствия чудес, а не их истинное значение. Подобно самарянке, которая хотела неиссякаемого запаса физической воды, чтобы не ходить каждый день к колодцу, эти люди хотели иметь неиссякаемые запасы физического хлеба для подкрепления своих тел. Это ничуть не противоречит сказанному в 6:14, что «люди, видевшие чудо, сотворённое Иисусом», решили, что Он был «Пророком», прихода которого они ожидали. Они действительно видели чудо, истинное чудо, но не понимали, чему оно их учило. Чудеса служат указанием на то, что стоит за ними. В данном случае чудо насыщения пяти тысяч указывало на Самого Иисуса; но люди не искали Иисуса. Они искали того, что Иисус мог им дать через чудеса. Гай Вудс так комментирует это: «Они искали не Его, то того, что Ему принадлежало. Есть хорошее высказывание, что тот, кто любит человека за его деньги, любит деньги больше, чем самого человека». Они следовали за Иисусом, потому что их желудки наполнились, и они надеялись, что так будет всегда. Они не верили в Иисуса, и не считали Его способным утолить духовный голод человеческих душ.

О том, что Иисус ходил по воде можно также прочитать в Мф. 14:22–33 и Мк. 6:45–52; оба рассказа являются более подробными, чем в книге Иоанна.

По мнению Теннея, Иоанн больше сосредоточен на изображении «отношений между Иисусом и Его учениками, чем на описании опасности или самого чуда». Хождение Иисуса по воде является одним из чудес, свидетельствующих о Его божественности, хотя Иоанн не называет его таковым. Вероятно, Иоанн поместил рассказ об этом событии в данном месте, потому что (как и Матфей, и Марк) связывал его с насыщением пяти тысяч. Согласно Кемпбеллу Моргану, это чудо предназначалось только для учеников, что таким образом Иисус решил проблему «их разочарования и недоумения, почему Он не может стать царём». И далее он добавляет: «Таким образом Иисус наглядно продемонстрировал им Свою нынешнюю царственность, в контексте владычества над силами природы. Это, как если бы Он сказал: Я отказался от царского венца, который Мне хотели надеть из-за хлеба, но смотрите, не ошибитесь, ибо Я царствую над всем: над природой, подчиняя Себе противные ветры, над морем, которое покоряется Мне, ибо Я есть Царь».

«Когда же настал вечер, то ученики Его сошли к морю и, войдя в лодку, отправились на ту сторону моря, в Капернаум. Становилось темно, а Иисус не приходил к ним. Дул сильный ветер, и море волновалось. Проплыв около двадцати пяти или тридцати стадий, они увидели Иисуса, идущего по морю и приближающегося к лодке, и испугались. Но Он сказал им: „Это Я; не бойтесь“. Они хотели принять Его в лодку; и тотчас лодка пристала к берегу, к которому плыли» (Ин. 6:16–21).

Стихи 16–18. Синоптические Евангелия сообщают, что насыщение пяти тысяч произошло вечером (Мф. 14:15; Мк. 6:35; Лк. 9:12), после чего Иисус распустил толпу людей и «понудил» (от ананказо, «заставить») учеников отправиться морем обратно (Мф. 14:22; Мк. 6:45). Затем Иисус пошёл на гору и молился там. Возможно, тот факт, что ученики были вынуждены отплыть, объясняется их нежеланием оставлять Иисуса одного. Возможно, они даже решили, что Он «предпочёл иметь дело с теми, кто желали сделать Его царём, в отсутствии своих ближайших последователей» (Моррис). И, хотя рассказ Иоанна об этом событии самый краткий из всех, он указывает на возможную причину того, почему Иисус хотел помолиться Своему Отцу (желание толпы видеть Его своим царём).

Настал вечер, когда ученики отплыли на ту сторону моря. Становилось темно, а Иисус не приходил к ним (6:16, 17). Вероятно, Иисус дал апостолам наставление встретить Его в определённом месте на восточном берегу, прежде чем отправиться в Капернаум. С наступлением темноты и нарастающей тревогой ученики отплыли без Него, направляя свою лодку в сторону Капернаума сквозь сильный ветер (6:18). Галилейское море (или озеро) находится в 210 м ниже уровня моря и насчитывает 45 м в глубину. «Холодные ветры, дующие с юго-восточного плоскогорья, смешиваясь с тёплым влажным воздухом над поверхностью озера, могут вызывать яростные штормы» (Карсон).

Стихи 19–21. Несмотря на шторм, ученикам удалось проплыть около двадцати пяти или тридцати стадий (6:19), что составляет от четырёх с половиной до шести километров, поскольку «стадия» (стадион) равняется почти ста восьмидесяти метрам. С большим трудом они добрались до «середины моря» (Мк. 6:47), что следует понимать как то, что они находились на некотором расстоянии от берега.

Затем ученики увидели Иисуса, идущего по морю и приближающегося к лодке (6:19). Уильям Баркли, а также некоторые другие исследователи предполагают, что в действительности Иисус шёл не по морю, но скорее по «берегу моря». В качестве аргумента они приводят выражение эпи тэс талассэс из 21:1, где Иисус, очевидно, шёл по берегу. Если бы эти слова означали «по берегу моря» или «вдоль моря», тогда было бы неправомерно говорить о чуде. Спорная фраза может означать как «по морю», так и «у моря», и только из контекста и всего библейского учения в целом можно определить её точное значение. Такое же выражение встречается и в Откр. 10:5, где оно бесспорно означает «по морю». Его также можно встретить в Мф. 14:26 и Мк. 6:48, 49; в последнем отрывке ясно сказано, что «лодка была посреди моря» (Мк. 6:47), тогда как в первом сообщается, что «лодка была уже далеко от берега» (Мф. 14:24; Международное Библейское Общество). Когда ученики увидели приближающегося к лодке Иисуса, они испугались (6:19). Сложно объяснить подобную реакцию, если бы они увидели Иисуса, шагающего вдоль берега. И хотя Иоанн не объясняет причину их страха, и Матфей, и Марк сообщают, что ученики были уверены, что видят призрака. Нет никаких сомнений, что и синоптические авторы, и Иоанн изображали это событие как чудо. По мнению С. Барретта, «Вряд ли есть основания сомневаться, что и Марк, и Иоанн, независимо от своего владения греческим языком, хотели написать о чуде».

Хотя ученики не узнали Иисуса, они знали Его голос и поэтому ободрились, услышав Его слова: «Это Я; не бойтесь» (6:20). Иисус использует особую форму повелительного наклонения мэ фобейсте, которая означает «Перестаньте бояться». Им не нужно было бояться, когда рядом с ними был Иисус. Несмотря на то, что греческое выражение эго эйми обычно используется в качестве названия божества (например, в 8:58), в этом отрывке Иисус употребляет его просто, чтобы назвать Себя: «Это Я». Не обязательно трактовать его здесь как указание на божественность, поскольку это же выражение использует и слепорождённый, говоря о себе (9:9). Если в настоящем отрывке и содержится указание на богоявление, то не благодаря словам эго эйми, а потому что всё евангелие в целом изображает Иисуса как божественную личность.

Помимо воскресения Иисуса, насыщение пяти тысяч является единственным чудом, о котором сообщается во всех четырёх евангелиях (см. Мф. 14:13–21; Мк. 6:30–44; Лк. 9:10–17). Это чудо было совершено в галилейский период служения Иисуса. Различия в том, как о нём рассказывает Иоанн и Синоптические евангелия, незначительны и, в основном, объясняются разными акцентами авторов. Так, в отличие от Синоптических евангелий, в книге Иоанна сделан фокус на «чудесах» как причине скопления такого большого количества людей (6:2). Кроме того, чудо насыщения множества народа послужило предпосылкой для невероятного разговора на следующий день, во время которого Иисус объяснил, что Он был «истинным хлебом» с небес (6:32–47). Таким образом, в интерпретации Иоанна чудо насыщения было фоном, чтобы рассказать о «хлебе жизни». По мере исследования текста заметны и другие отличия. Рассказывая об этом чуде, Иоанн использовал тот же шаблон, что и в гл. 5: описал место и время действия, затем непосредственно само чудо и после него представил подробное объяснение Иисусом значения этого чуда.

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ЧУДА

«После этого пошёл Иисус на ту сторону моря Галилейского, в окрестности Тивериады. За Ним следовало множество народа, потому что видели чудеса, которые Он творил над больными. Иисус взошёл на гору и там сидел с учениками Своими. Приближалась же Пасха, праздник иудейский. Иисус, возведя очи и увидев, что множество народа идёт к Нему, говорит Филиппу: „Где нам купить хлебов, чтобы их накормить?“ Говорил же это, испытывая его, ибо Сам знал, что хотел сделать. Филипп отвечал Ему: „Им на двести динариев не довольно будет хлеба, чтобы каждому из них досталось хоть немного“. Один из учеников Его, Андрей, брат Симона Петра, говорит Ему: „Здесь есть у одного мальчика пять хлебов ячменных и две рыбки; но что это для такого множества?“» (Ин. 6:1–9).

Стихи 1, 2. Фраза «после этого» означает неопределённый период времени и является повторением той же фразы, которой начинаются 5:1 и 7:1. Вероятно, точкой отсчёта здесь является исцеление хромого и последующие за этим события и монолог Иисуса. Итак, спустя какое-то время «пошёл Иисус на ту сторону моря Галилейского». Под «той стороной», очевидно, подразумевается восточная сторона, поскольку Иисус и Его ученики на следующий день переплыли море, чтобы попасть в Капернаум. (Большая часть деятельности иудеев была сосредоточена на западной стороне моря). Несколько странно читать, что после исцеления хромого Иисус переправился через Галилейское море. Логичнее было бы ожидать, что Он пересёк море после исцеления сына царедворца в Кане. Далее, 7:1 сообщает, что Иисус пришёл в Галилею, потому что евреи в Иудее искали убить Его. Подобное утверждение было бы более уместно после главы 5, где говорится о том, что иудеи преследовали Иисуса и хотели убить Его (5:16, 18). Исходя из этого некоторые библеисты предполагают, что главы 5 и 6 поменяли местами, и что гл. 5 должна быть между 6 и 7.

Хотя подобное перемещение глав может повлечь за собой некоторые географические изменения, по справедливому замечанию Д. Карсона, «всё равно сохранился бы разрыв между концом гл. 5 (место действия: Иерусалим) и началом гл. 7 (место действия: Галилея)». Кроме того, если бы гл. 5 (а не гл. 6) располагалась перед гл. 7, замечание братьев Иисуса: «Выйди отсюда и пойди в Иудею, чтобы и ученики Твои видели дела, которые Ты делаешь» (7:3) представляется совсем необоснованным. Иоанн очень избирательно подходил к материалу для своего евангелия. Нет никаких причин полагать, что он строил своё повествование, руководствуясь географическими или хронологическими соображениями. И, кроме того, в древних манускриптах нет никаких оснований предполагать альтернативную организацию текста, чем та, которая нам известна.

Принимая во внимание некоторую внезапность, с какой начинается гл. 6, всё, что мы можем сказать, это то, что спустя какое-то время после Своего прихода в Иерусалим, Иисус «пошёл на ту сторону моря Галилейского». Галилейское море также известно в Ветхом завете как «море Киннереф» (Чис. 34:11) из-за своей лирообразной формы (киннор, созвучно «Киннереф»). К концу первого века его стали называть «Тивериадское море» по названию города Тивериада, основанного на его берегу в 20 г. н. э. Иродом Антипой в честь Римского императора Тиберия Цезаря. Вероятно, во время земного служения Иисуса это название моря ещё не было распространённым, однако позднее, когда Иоанн написал своё евангелие, уже было в ходу. Этим и объясняется добавленный Иоанном комментарий.

Судя по сведениям из Синоптических Евангелий, было не менее трёх причин, почему Иисус искал уединения: (1) Ему нужно было время, чтобы оплакать смерть Иоанна Крестителя (Мф. 14:12, 13) и, возможно, подумать о Своей собственной смерти, которая должна была произойти где-то через год. (2) Он хотел отдохнуть Сам и дать отдохнуть Своим ученикам, потому что «много было приходящих и отходящих, так что и есть им было некогда» (Мк. 6:31). (3) Он хотел скрыться от Ирода (Лк. 9:9).

«За Ним следовало множество народа, потому что видели чудеса, которые Он творил над больными». Последовательность глаголов в 6:2 в не перфектном времени предполагает продолжительное действие: «Множество „продолжало следовать“ за Иисусом, потому что они „неоднократно видели“ чудеса, которые Он „постоянно творил“ над больными». И, хотя Иоанн подробно рассказал лишь о семи чудесах, этот стих указывает на то, что Иисус совершил много иных чудес. Эта огромная толпа народа следовала за Иисусом, подобно людям из 2:23–25, находясь под впечатлением от Его чудес, а не потому, что понимали, чтό эти чудеса свидетельствовали об Иисусе. Эти люди увидели, что Иисус и Его ученики собрались уходить и поспешили в том же направлении, прибыв на место раньше них (Мк. 6:33).

Как власть Иисуса действует на практике? Давайте рассмотрим два примера. Во-первых, вспомним, что происходит, когда врач прописывает лекарство. Если у больного инфекция, то он пропишет антибиотик — возможно, пенициллин. Предъявляя этот рецепт в аптеке, больной ожидает получить именно пенициллин, а не что-нибудь другое. Врачу не нужно перечислять все лекарства, которые не следует принимать больному. Когда он указывает конкретное лекарство, все другие автоматически исключаются. Варианты фармацевта ограничиваются тем, что написал доктор.

Это не значит, что фармацевт не имеет никакой свободы в отпуске лекарства по рецепту. У него может быть несколько вариантов относительно торговой марки пенициллина, которую возьмет больной, но это должна быть та или иная форма пенициллина. Он не имеет права давать ему антигистамин, средство от насморка или какой-нибудь другой препарат, кроме прописанного доктором антибиотика.

Рассмотрим другой пример. Положим, я отвожу свою машину к механику и прошу провести полное техобслуживание. Вернувшись за машиной, я получаю счет, в который включена стоимость ремонта коробки передач. Должен ли я платить за это? Нет. Почему? Потому что полное техобслуживание не предусматривает ремонт коробки передач. А что если механик решит поспорить со мной и доказать свою правоту? Ведь работа с коробкой передач стоила ему каких-то денег. В попытке оправдать свои действия и получить с меня деньги за ремонт коробки передач он может напомнить мне, что я же не сказал ему не ремонтировать коробку передач. Меняет ли это ситуацию? Ни в коем случае. Когда я попросил его отрегулировать машину, это ограничивало его полномочия. Он не имел права ничего делать ни с коробкой передач, ни с какой-либо другой деталью моей машины, не получив на то особого разрешения.

А что если я захочу оспорить внесенную в счет стоимость замены свечей зажигания? Могу ли я сказать механику: «Причем здесь цена за свечи зажигания? Я ничего не говорил об их замене». Механик, наверное, подумает, что я либо ничего не смыслю в машинах, либо пытаюсь словчить. Почему? Потому что замена свечей зажигания входит в полное техобслуживание. Квалифицированному механику я не должен был отдельно упоминать свечи зажигания — он и так это знает. Когда я говорю ему полностью отладить машину, я даю ему свободу поменять свечи зажигания, если он сочтет это необходимым.

Отметьте некоторые сходства и некоторые отличия в этих двух примерах. В обоих случаях мы видим ограничительную власть. Фармацевт не может заменить препарат или добавить лекарство, регулирующее кровяное давление, если выписан антибиотик. Механик не может добавить ремонт коробки передач к заказу на техобслуживание. Однако в обоих случаях мы видим также власть, дающую свободу. Когда врач, выписывая рецепт, не уточняет торговую марку лекарства, то аптекарь свободен выдать пенициллин любой марки, какой захочет. Равно и заказ на полное техобслуживание дает механику свободу поменять свечи, не получая на это особых указаний. Общее указание подразумевает конкретное действие.

Эти бытовые примеры аналогичны тому, как власть Иисуса действует в нашей жизни. В некоторых случаях Его власть подобна власти доктора, выписывающего рецепт на пенициллин определенной торговой марки. Бог иногда говорит конкретно, не оставляя никаких вариантов. Как фармацевт знает, что врач не должен перечислять все лекарства, которые не нужно выдавать больному, так и мы не должны ожидать от Бога перечисления всего, чего мы не должны делать. Ограничивая то, что мы можем делать, Он исключает все иные возможности.

А другие повеления больше подобны заказу на техобслуживание, давая общие указания, подразумевающие полномочия на действия, о которых прямо ничего не сказано. Тут мы имеем право делать то, о чем в Библии конкретно не говорится. Иногда люди, действуя из самых лучших побуждений, отмечают, что сегодня церковь делает то, о чем в Писаниях нигде прямо не говорится. Например, многие церкви используют песенники или проецируют слова песен на экран, чтобы их могла видеть вся община. Многие собираются в специально построенном для этого «церковном здании». Эти вспомогательные богослужебные средства нигде в Новом Завете не упоминаются. Указывая на подобные вещи, некоторые пытаются оправдать проникновение в церковь новых идей, говоря: «Мы делаем много такого, о чем не говорится в Библии». Нам нужно научиться проводить различие между тем, что санкционировано и что не санкционировано Богом. Если что-то подразумевается в Божьем Слове, тогда церковь имеет право это делать. Если Бог ограничил какой-то вопрос определенными рамками, то мы обязаны делать только это и ничего больше. Нам не позволено идти дальше того, что Он сказал, какой бы хорошей ни казалась нам та или иная идея. Мы также должны отличать власть (указание, что делать) от прецедента (примера того, что было сделано). Некоторые смешивают эти две идеи. В Новом Завете есть ряд прецедентов — как хороших, так и плохих. Среди плохих прецедентов можно назвать случай с Ананией и Сапфирой в Деян. 5, разделения в коринфской церкви в 1 Кор. 1 и тяжбу между братьями в 1 Кор. 6. Кроме того, одним хорошим примерам мы должны следовать, а другим нет. Нечто в характере действия, в его обстоятельствах или даже в том, как библейский автор рассказал о нем, может подсказать нам, должны ли мы последовать данному примеру. Именно поэтому мы собираемся для поклонения и назидания в первый день каждой недели, но не приветствуем друг друга святым поцелуем (2 Кор. 13:12). Когда мы руководствуемся подразумеваемыми полномочиями, то делаем это в соответствии с учением Кол. 3:17: «И все, что вы делаете, словом или делом, все делайте во имя Господа Иисуса Христа, благодаря через Него Бога Отца». Давайте рассмотрим некоторые библейские примеры такого подхода к Божьим повелениям. Мы отметим как ограничивающие элементы Господней власти, так и дающие свободу.

БИБЛЕЙСКИЙ ПРИМЕР УМОЗАКЛЮЧЕНИЯ ИЗ УМОЛЧАНИЯ

СВИДЕТЕЛЬСТВО САМОГО ИИСУСА

«Я ничего не могу творить Сам от Себя. Как слышу, так и сужу; и суд Мой праведен, ибо не ищу Моей воли, но воли пославшего Меня Отца. Если Я свидетельствую Сам о Себе, то свидетельство Моё не истинно. Есть Другой, свидетельствующий обо Мне; и Я знаю, что истинно то свидетельство, которым Он свидетельствует обо Мне» (Ин. 5:30–32).

Стих 30. Это стих представляет собой переход к словам Иисуса, где Он говорит о Себе, используя первое лицо («Я» или «Мне» встречаются в 5:30–32 девять раз), в отличие от третьего лица (как в 5:25–29). Иисус называл Себя «Сын», «Сын Человеческий» и «Сын Божий»; здесь Он использует сильную форму местоимения Я (эго). Иисус повторяет сказанное в 5:19, 20, говоря, что Он ничего не может творить Сам от Себя и приводит Свой су[д] в качестве примера. Он подтверждает, что судит на основании слышанного от Отца, и потому Его суд справедлив. И далее, Он подчёркивает, что послушен Своему Отцу, пославшего Его, и ищет только Его воли (см. 4:34; 6:38).

Стихи 31, 32. Иудеи совершенно справедливо сделали вывод, что сказанного Иисусом в 5:19–30, было более чем достаточно, чтобы приравнять Себя к Богу (см. 5:17, 18). Подобные заявления должны подтверждаться доказательствами (или свидетельствами). Тема «свидетельства» преобладает в настоящем евангелии и подчёркивается неоднократным использованием в нём слов мартуриа и мартурео. Впервые эта тема звучит в связи с Иоанном Крестителем (1:7). Очевидно, что заявления Иисуса о Его равенстве с Богом, нуждались в свидетельствах. Собственного свидетельства Иисуса было недостаточно для подтверждения Его слов; истинность того, что говорит человек сам о себе, всегда находится под вопросом. Это то, что позднее предъявили Иисусу фарисеи, когда Он находился в Иерусалиме: «Ты Сам о Себе свидетельствуешь, свидетельство Твоё не истинно» (8:13). Конечно же, в случае с Иисусом их аргумент был несостоятелен, поскольку Иисус был, по сути, Божеством, и о Нём свидетельствовал Отец (см. 8:14, 18).

Слова Иисуса о том, что Его свидетельство о Себе не является истинным, следует рассматривать в свете учения закона, который требовал подтверждения от двух или трёх свидетелей (см. Чис. 35:30; Втор. 17:6; 19:15). Поэтому, когда Иисус и сказал, что только Его личного свидетельства о Себе недостаточно, Он не имел в виду, что оно ложное. Он просто учитывал требования еврейской судебной системы о необходимости показаний нескольких незаинтересованных свидетелей.

Продолжая эту мысль, Иисус говорит о независимом свидетеле: «Есть Другой, свидетельствующий обо Мне». Хотя Иисус не называет этого «другого» по имени, ясно, что Он говорит здесь об Отце (5:37, 38), а не об Иоанне Крестителе (5:33–35), поскольку Ему не нужны были человеческие свидетельства (5:34). Понимание Иисусом Своей миссии и Его отношений с Отцом было основано не просто на Его личных убеждениях. Благодаря свидетельству Отца, Иисус знал, что Он говорил не от Себя. Он выразился об этом предельно ясно, когда сказал: «Ибо Я говорил не от Себя, но пославший Меня Отец Сам дал Мне заповедь, что сказать и что говорить. И Я знаю, что заповедь Его есть жизнь вечная. Итак, что Я говорю, говорю, как сказал Мне Отец» (12:49, 50).

Иисус не стал цитировать свидетельство Своего Отца не столько из-за враждебности иудеев, сколько для подкрепления Своих собственных слов о Себе. Свидетельства одного лишь Отца было достаточно для уверенности Иисуса в том, что Его свидетельство было истинно.

СВИДЕТЕЛЬСТВО ИОАННА КРЕСТИТЕЛЯ

НАЗВАНИЕ

Книга названа по имени адресатов (1:1). Это второе письмо Павла церкви в Фессалониках.

ИСТОРИЧЕСКИЕ СВЕДЕНИЯ

Вскоре после первого письма фессалоникийской церкви Павел получил сообщение (3:11), побудившее его взяться за второе письмо. Среди всего прочего, до него дошло известие о том, что в общине ходит поддельное письмо, содержащее лжеучение и якобы написанное им (2:2). Необходимо было дополнительное наставление по двум упомянутым в первом послании темам: второму пришествию Христа (2:2; см. 1 Фес. 4:13—5:11) и ценности честного труда (3:11; см. 1 Фес. 4:11).

Кто-то учил, что второе пришествие Христа уже настало (см. 2:2 в Современном Переводе и Слове Жизни). Может быть, некоторые неправильно поняли учение Павла о том, что христиане «воскресли» с Христом и «правят» с Ним (см. Еф. 2:5, 6), не осознавая, что Павел говорил не о телесном воскресении. Они сделали вывод, что «воскресение уже было» (2 Тим. 2:18), то есть что Христос уже пришел. Своими теориями они будоражили церковь в Фессалониках (1:7; 2:2).

Некоторые члены общины отказывались работать, надеясь на помощь общины. Они постоянно вмешивались не в свои дела и сеяли раздоры. Многие считают, что эти две проблемы взаимосвязаны — что именно неработавшие превратно поняли Павла и распространяли мысль о том, что второе пришествие Христа уже было. Убедив себя, что Господь уже пришел, они решили, что работать не нужно. Связаны были обе проблемы между собой или нет, но эти люди нарушали согласие в общине.

Одно из самых спорных мест в этом письме — стих, где упоминается «человек греха» (2:3), или «беззаконный» (Современный Перевод). Во-первых, Павел применяет апокалиптический язык в документе, в остальном вполне прямолинейном. Во-вторых, до этого Павел уже объяснял фессалоникийцам, что он имеет в виду (2:5, 6), хотя мы и не располагаем тем объяснением. Сегодня многие считают, что «человек греха» — это «антихрист», о котором говорит Иоанн, однако Иоанн ясно дал понять, что «антихристом» называется всякий, кто не исповедует Христа, пришедшего «во плоти» (2 Ин. 7), в частности гностики. Некогда в одной части церкви применили этот отрывок к Папе Римскому, а в другой посчитали, что это Магомет. По-видимому, Павел все же говорит о чем-то, что происходило именно в то время (2:7), а не об отдаленном будущем. Не зная того, что знали фессалоникийцы, мы не можем категорично настаивать на одной какой-либо интерпретации слов Павла. Пусть мы так и не узнаем в точности, кем был этот «человек греха», — мы можем понять главное, что хотел сказать Павел, упомянув его: Христос еще не пришел (ни тогда, ни теперь).

ПЛАН

«Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово Моё и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную и на суд не приходит, но перешёл от смерти в жизнь. Истинно, истинно говорю вам: наступает время, и настало уже, когда мёртвые услышат глас Сына Божьего и, услышав, оживут. Ибо, как Отец имеет жизнь в Самом Себе, так и Сыну дал иметь жизнь в Самом Себе. И дал Ему власть производить и суд, потому что Он есть Сын Человеческий. Не дивитесь этому, ибо наступает время, в которое все, находящиеся в могилах, услышат глас Сына Божьего и выйдут: творившие добро — в воскресение жизни, а делавшие зло — в воскресение осуждения» (Ин. 5:24–29).

Стих 24. Этот стих является переходом от отношений между Сыном и Отцом к отношениям между Сыном и людьми. В этой части главы основной акцент приходится на то же, что и в предыдущей, а именно: единство Отца и Сына. Здесь Иисус говорит о настоящем, тогда как в 5:27–29 Он сосредотачивается на Своих отношениях с людьми в будущем. Здесь, как и в 5:25, Иисус начинает с торжественной формулы: «Истинно, истинно». Затем Он говорит: «Слушающий слово Моё и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную и на суд не приходит». Имеющий вечную жизнь — это человек, который слышит слова Иисуса и верует в Отца. «Слово» включает в себя полное послание Иисуса к миру. Слышать слово — значит верить и повиноваться. Простого слушания или принятия на ментальном уровне, очевидно, не достаточно, чтобы получить благословение. Спасающая вера проявляется в активном послушании (см. Евр. 11:30). Слово, которое говорил Иисус, было не от Него, но от Отца. Слышать слово Иисуса — значит проявить веру в пославшего Его Отца, властью которого и говорил Иисус.

Принимающие Сына и Отца имеют вечную жизнь. В книге Иоанна выражение «жизнь вечная» встречается восемнадцать раз. В Прологе Иоанн написал: «В Нём была жизнь, и жизнь была свет людей» (1:4). Иисус — «Слово жизни», «жизнь», «вечная жизнь, которая была у Отца» (1 Ин. 1:1, 2). Эта жизнь (Иисус) пришла, чтобы люди могли иметь жизнь и иметь с избытком (10:10). Ин. 5:24 говорит о «жизни вечной» в духовном смысле, утверждая, что принимающий Сына и Отца перешёл от смерти в жизнь. Подобным образом и христиане в Эфесе, ранее умершие в своих грехах, «ожили» во Христе (Еф. 2:5).

Исходя из всего сказанного, некоторые комментаторы предположили, что здесь Иоанн говорит не о будущей жизни, а о настоящей в контексте её качества. Наступает время, когда мёртвые услышат голос Иисуса и оживут (5:28, 29); однако та же самая жизнь названа «жизнью вечной», которую христиане имеют уже сейчас (5:24). «Вечная» (айониос) фактически означает «длящаяся неограниченный период времени».

Чаще всего айониос используется в Новом завете в сочетании со словом дзоэ («жизнь»), например, в Ин. 3:15. В сочетании с дзоэ прослеживается не только временной элемент, но также и качественное отличие. В данном контексте айониос, несомненно, несёт дополнительный смысл, устанавливая связь между айониос и божественными и сверхъестественными свойствами.

Благословение «жизни вечной», которое получает послушный верующий, является божественной новой жизнью, имеющей ту же качественную природу, что и жизнь Бога (2 Пет. 1:4, «сделались причастниками Божьего естества»). Стюарт Салмонд также отмечает, что «„вечный“ является качественным, а не количественным термином» и «используется не для того, чтобы придать этой „жизни“ идею непрерывности, а для того, чтобы более полно выразить качество, присущее этой „жизни“ как таковой».

Другие библеисты обращают наше внимание на те отрывки, в которых о «жизни вечной» говорится не как о том, чем обладают в настоящем, а как о том, что относится к будущему в количественном смысле (Вудс). Павел, говоря о суде в Рим. 2:6–8, сказал, что Бог «воздаст каждому по делам его». Для покорившихся наградой будет вечная жизнь, для не покорившихся наказанием станет гнев и осуждение. Павел также писал о «надежде вечной жизни» (Тит. 1:2). Поскольку в настоящем никто не обладает тем, что надеется иметь (Рим. 8:24, 25), эта «жизнь вечная» должна быть в грядущем мире. Павел также сказал, что «благочестие во всём полезно, имея обетование жизни настоящей и будущей» (1 Тим. 4:8). Иисус говорил, что Его последователи получат благословения в этой жизни, а также «в веке грядущем — жизнь вечную» (Мк. 10:29, 30).

Принимающий и Сына, и Отца имеет вечную жизнь. Он может быть уверен, что «не придёт на суд». Этот суд — для тех, кто не желают слышать Сына и не верят в Отца, пославшего Его, чтобы спасти их.

На библейском занятии учительница прочла своим юным ученикам притчу о фарисее и мытаре:

«[Иисус] сказал также некоторым, которые уверены были о себе, что они праведны, и презирали других, следующую притчу: „Два человека вошли в храм помолиться: один фарисей, а другой мытарь. Фарисей, став, молился сам в себе так: ‚Боже! Благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди — грабители, обидчики, прелюбодеи — или как этот мытарь: пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю‘. Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять глаз на небо; но, ударяя себя в грудь, говорил: ‚Боже! Будь милостив ко мне, грешнику! ‘ Говорю вам, что этот пошел оправданным в дом свой более, нежели тот: ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится“» (Лк. 18:9-14).

Учительница объяснила, что необходимо остерегаться высокомерия фарисея и развивать в себе смирение мытаря. Затем она повела класс в молитве: «Господи, мы благодарим Тебя, что мы не такие, как тот фарисей». Когда кто-то старается поступать праведно, всегда есть опасность повторить ошибку фарисея.

Многим из нас с детства знакома притча о фарисее и мытаре. Тем не менее, нам все равно нужно напоминать о содержащихся в ней истинах. Мы можем даже не подозревать, какие уроки содержит в себе эта история. Изучая Лк. 18:9-14, будьте готовы к серьезным размышлениям.

ДВЕ ЛИЧНОСТИ

Не всегда можно сразу понять основную мысль притч Иисуса, но на этот раз она прямо указана в тексте: «Сказал… некоторым, которые уверены были о себе, что они праведны, и презирали других, следующую притчу» (ст. 9). В конце притчи Христос подкрепил эту мысль следующим выводом: «Ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится» (ст. 14).

В качестве примера возвысившего себя Иисус взял фарисея, а примера унизившего себя — сборщика налогов. Возможно, Он выбрал их потому, что они представляли две крайние противоположности в иудейском обществе: фарисей находился на верхней ступени моральной, религиозной и социальной лестницы, тогда как мытарь был в самом низу. Чтобы в полной мере понять притчу, нужно кое-что знать об этих людях.

Личность № 1: фарисей

«Иисус же говорил им: „Отец Мой доныне делает, и Я делаю“. И ещё больше искали убить Его иудеи за то, что Он не только нарушал субботу, но и Отцом Своим назвал Бога, делая Себя равным Богу. На это Иисус сказал: „Истинно, истинно говорю вам: Сын ничего не может творить Сам от Себя, если не увидит Отца творящего, ибо, что творит Он, то и Сын творит также. Ибо Отец любит Сына и показывает Ему всё, что творит Сам; и покажет Ему дела больше этих, так что вы удивитесь. Ибо, как Отец воскрешает мёртвых и оживляет, так и Сын оживляет кого хочет. Ибо Отец и не судит никого, но весь суд отдал Сыну, дабы все чтили Сына, как чтут Отца. Кто не чтит Сына, тот не чтит и Отца, пославшего Его“» (Ин. 5:17–23).

Стихи 17, 18. Внимательно изучая ответ Иисуса на враждебные заявления иудеев, можно подумать, что Он намеренно совершил это чудо в субботу, чтобы спровоцировать спор с ними. Итак, был некоторый хромой, страдавший от своего недуга в течение тридцати восьми лет (5:5). Если бы Иисус хотел избежать конфликта, Он бы подождал ещё один день, пока не закончится праздник, и только затем исцелил бы его. Иисус ясно и внятно сказал этому человеку взять свою постель (5:8), что было прямым нарушением субботних традиций евреев. Зачем Ему понадобилось, чтобы этот человек понёс свою постель? Это можно объяснить лишь тем, что Иисус хотел, чтобы иудейские начальники вступили в дискуссию. После этого Иисус нашёл исцелённого хромого на территории храма и сказал ему, как Его зовут и кто Он такой, очевидно, для того, чтобы тот пошёл и рассказал обо всём иудеям (5:14, 15).

В Мк. 2:27, 28, когда Иисуса обвинили в нарушении заповеди ничего не делать в субботу, Он сказал в Свою защиту: «Суббота для человека, а не человек для субботы; поэтому Сын Человеческий — Господин и субботы». В Ин. 5:17 Иисус ответил: «Отец Мой доныне делает, и Я делаю». Иисус утверждал, что Его действия в субботу не противоречили Божьей заповеди о субботнем покое (Быт. 2:2, 3; Евр. 4:4). После того как Он трудился над сотворением мира, Бог отдыхал в седьмой день. Но при этом Бог продолжал хранить и управлять вселенной. Бог всегда трудится, но это не означает, что Он Сам нарушает субботу. Д. Карсон отмечает, что раввины были единодушны в том, что Бог трудится в субботу, «иначе действие провидения прерывалось бы каждую неделю». Филон, греко-говорящий иудей, доказывал, что Бог никогда не прекращает работать: «Бог никогда не перестаёт творить одно или другое; но подобно тому, как огню свойственно гореть, а снегу свойственно нести холод, так и природой Бога является постоянное творение» (Филон, Аллегорические интерпретации, І, 3 [5б]).

Заявив о том, что Бог всегда трудится, Иисус добавил, что и Он также трудился. Он мог бы возразить и доказать иудеям, что они неверно понимали и толковали смысл субботы. В конце концов, Божий запрет на труд касался только тех видов деятельности, которыми обычно регулярно занимались на протяжении всей недели. Подобные виды деятельности даже нельзя было и сравнивать с тем, что Иисус исцелил хромого. Это был акт милосердия, полностью согласующийся с принципом, что суббота была создана для человека (Мк. 2:27). Однако Божий Сын не стал возражать и что-либо доказывать, но вместо этого показал связь между Своим трудом и трудом Бога. Проблема была не столько в том, что Бог трудился в субботу, сколько в заявлении Иисуса, что Он имел право делать то же, что и Бог.

Слов Иисуса о том, что с Его стороны не было греха в том, чтобы работать в субботу, потому что Бог работал в субботу, было достаточно чтобы оскорбить чувства иудеев. Ещё более оскорбительным для них было то, как Он это сказал, назвав Бога Своим «Отцом». Для евреев было допустимым обращаться к Богу во время служения в синагоге, называя Его «Отец наш», или «Отец Мой» в приватной молитве в сочетании со словом «небесный». Однако Иисус заявил, что Бог был Его родным Отцом, тем самым утверждая, что между ними были особые отношения, как между Сыном и Отцом. Этот стих послужил импульсом для последующего монолога, продолжающегося до конца настоящей главы.

Иудеи поняли истинный смысл Его заявления. То, что Иисус нарушал субботу, было одно дело, но то, что Он Отцом Своим называл Бога, было равносильно тому, чтобы делать Себя равным Богу. Если бы Он имел в виду что-то другое, то не преминул бы сказать евреям, что они ошибались и неправильно Его поняли, но Он не стал этого делать. Иисус и был Богом (1:1), и Он дал ясно понять это, объясняя Свой поступок. В глазах иудеев этого было достаточно, чтобы обвинить Его в богохульстве, что они и сделали, добавив этот грех к нарушению субботы. Эти два обвинения и стали причиной того, что ещё более искали убить Его иудеи. Это первое упоминание в книге Иоанна о заговоре против Иисуса с целью убить Его, но не последнее (см. 7:19, 25; 8:37, 59).

Стих 19. Ответ Иисуса из диалога приобретает вид монолога, оставаясь таким до конца главы, где Он раскрывает смысл Своих слов о равенстве с Богом. Его ответ начинается с двойного утверждения «Истинно, истинно», которое придаёт торжественность и вес последующему заявлению. Вместо того, чтобы говорить о Своей независимой роли, Иисус произнёс: «Сын ничего не может творить Сам от Себя, если не увидит Отца творящего». «Делая Себя равным Богу», Он не отделял Себя от Своего Отца. Рэймонд Браун пишет:

«В ст. 19 Иисус говорит иудейским начальникам, что в том, что Он сказал, не было ничего высокомерного. Он не был непокорным Сыном, стремившимся превзойти Отца; скорее Он был полностью зависимым от Отца и ничего не говорил от Себя».

Почти все мы хотим знать, что произойдет в будущем, и те, кто претендует на умение предсказывать это будущее, в определенных кругах пользуются немалой популярностью. Читая книгу с напряженным сюжетом, мы часто заглядываем на последние страницы, чтобы узнать, чем все закончится. Многие из нас хотят узнать, что будет после смерти. Благая весть состоит в том, что мы можем, так сказать, обратиться к последним страницам и прочесть о том, что произойдет, когда мы уйдем из этой жизни. Бог не открыл всего, что нам хотелось бы знать, но Он открыл достаточно, чтобы мы поняли, что, ступив на порог смерти, мы окажемся участниками величайших драматических событий нашей жизни. Хотя «живые знают, что умрут» (Еккл. 9:5), нам неизвестно, как долго мы будем жить. Большую часть времени, отведенного нам, мы готовимся к жизни, которая, как мы знаем, неопределенна, и мало времени уделяем подготовке к смерти, которая, как известно, неизбежна.

Почему мы так интересуемся смертью, почему нас должно заботить, что произойдет, когда мы умрем? Каковы ощущения во время смерти? Как она воздействует на нас? Понять ответы на эти вопросы — значит изменить свою точку зрения на смерть, сформировать отношение к смерти (как свое собственное, так и окружающих), обрести надежду, повлиять на свой образ жизни и заставить себя готовиться к смерти.

Люди тем и отличаются от животных, что могут размышлять о прошлом, связывать его с настоящим и будущим и задумываться о возможности жизни после смерти. Сводя вместе всю имеющуюся информацию, мы можем предположить, что жизнь имеет цель и что нас ждет какое-то существование после смерти.

НАШЕ НАСЛЕДИЕ

Смерть вошла в мир вследствие греха (Быт. 3:17–19; Рим. 5:12; 1 Кор. 15:22). Так Бог наказал Адама и Еву, потому что они послушались змея, который увековечил дьявольскую ложь (Ин. 8:44): «Нет, не умрете» (Быт. 3:4). Духовная смерть (Рим. 6:23; 1 Тим. 5:6; Иак. 1:15) наступила тогда, когда они согрешили, а физическая смерть пришла в мир потому, что Бог убрал от них дерево жизни (Быт. 3:22, 23). Бог сказал Адаму: «Ибо прах ты, и в прах возвратишься» (Быт. 3:19).

Божье обещание Адаму и Еве, что они «смертию умрут» (Быт. 2:17), распространяется и на всех их потомков. И хотя мы читаем: «Человекам положено однажды умереть» (Евр. 9:27), — нам не требуется откровения из божественного источника, чтобы познать эту истину. Со времени первой смерти (Авеля; Быт. 4:8) и до наших дней смерть является естественным концом всего сущего. Единственными исключениями были Енох (Быт. 5:24; Евр. 11:5) и Илия (4 Цар. 2:11), которые были взяты прямо на небо, минуя смерть.

Мы любознательны, и потому для нас естественны вопросы: «Что происходит, когда мы умираем? Есть ли что-нибудь в нас такое, что переживет смерть тела? Какими мы будем после смерти? Окажемся ли мы в иной сфере, иной жизни, когда перешагнем через порог, за которым смерть? Если да, то каким будет это существование?»

НАША БРЕННОСТЬ

До этого момента в своём повествовании Иоанн изображал Иисуса во взаимодействии с разными людьми, которые по-разному реагировали на Него. Хотя Иисус продолжал встречаться с людьми в общем (как в случае с хромым, которого Он исцелил в 5:1–9), эти встречи неизбежно вели к конфликту с религиозными начальниками, начавшемуся в главе 5. Основанием для этого конфликта были различные заявления Иисуса о Себе. Было ясно, что эти заявления не останутся незамеченными, особенно фарисеями, которые отказывались принимать Его. По этой причине неверие становится основной темой в повествовании Иоанна о публичном служении Иисуса, которое заканчивается в гл. 12. До того времени каждая глава будет показывать нарастание неверия или даже враждебности среди слышавших Иисуса (5:38; 6:36; 7:47, 48; 8:45, 59; 9:22; 10:31; 11:53; 12:37). Евангелие от Иоанна показывает, как враждебное отношение к Иисусу усиливалось по мере Его служения и стало таким огромным, что в итоге привело к Его смерти.

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ЧУДА

«После этого был праздник иудейский, и пришёл Иисус в Иерусалим. Есть же в Иерусалиме, у Овечьих ворот, купальня, называемая по-еврейски Вифезда, при которой было пять крытых ходов. В них лежало великое множество больных, слепых, хромых, иссохших, ожидающих движения воды, ибо ангел Господень по временам сходил в купальню и возмущал воду, и кто первый входил в неё по возмущению воды, тот выздоравливал, какой бы ни был одержим болезнью» (Ин. 5:1–4).

Стих 1. Первый пример нарастания неверия и отвержения Иисуса связан с исцелением хромого. Это чудо произошло во время праздника иудейского, на который пришёл Иисус. Это единственный раз, когда Иоанн использовал слово «праздник» (хеортэ) без определённого артикля. В греческом тексте просто написано «праздник», не уточняя, какой именно. Повествование Иоанна привязано к различным иудейским праздникам: «Пасхе» (2:13; 6:4; 11:55), «Празднику кущей» (7:2; «Праздник шалашей»; Международное Библейское Общество, Новый Русский Перевод) и «Празднику обновления» (10:22). Нельзя с уверенностью сказать, о каким именно празднике идёт речь в этом стихе. Хотя в некоторых манускриптах перед этим существительным добавлен артикль, подразумевая важный праздник вроде Пасхи или Кущей, в самых древних манускриптах артикль всё же отсутствует. И даже если бы был определённый артикль, он не внёс бы ясности, о каком именно празднике говорится в этом тексте. Так, хеортэ по отношению к Пасхе стоит с артиклем в Ин. 6:4, но без артикля в Мф. 27:15 и Мк. 15:6. Взрослые мужчины евреи были обязаны приходить в Иерусалим на три праздника в году (Пасху, Пятидесятницу и Кущи). Если Иисус приходил в Иерусалим на какой-либо из них, то менее значимые праздники, такие как Пурим или Труб, можно было вычеркнуть.

Если этот праздник был Пасхой, тогда правомерно говорить о четырёх Пасхах в книге Иоанна (2:13; 5:1; 6:4; 11:55), что автоматически увеличивает период публичного служения Иисуса до более, чем трёх лет. Если же это был иной праздник, а не Пасхи, тогда Его служение длилось меньше, от двух с половиной до трёх лет.

Если это был праздник Пасхи, тогда события в главе 5 и главе 6 разделяет целый год. По мнению некоторых комментаторов, события, описанные в главе 5, должны следовать за событиями из главы 6, поскольку в 6:4 сказано о приближении Пасхи, а непосредственно о празднике говорится в 5:1. Учитывая неопределённость по отношению к празднику, который упомянул Иоанн, С. Барретт предположил: «Кажется, … что Иоанн говорит здесь о празднике лишь для того, чтобы объяснить, почему Иисус оказался в Иерусалиме». Иисус, как и все верующие мужчины Своего времени, следовал обычаю ходить в Иерусалим на главные иудейские праздники.

Стихи 2, 3. Это чудо произошло у купальни, называемой Вифезда. Название этой купальни в греческих манускриптах варьируется от «Вифезда» и «Вифзата» до «Вифсаиды». Название «Вифсаида», означающее «дом рыбной ловли», возможно, было позаимствовано из 1:44 и вряд ли является оригинальным. Хотя прочтение «Вифзата» является более ранним и, возможно, более точным, большинство манускриптов поддерживают версию «Вифезда». Это название может означать «дом милосердия», «дом возможностей» или «дом изливающейся воды». Точное прочтение и толкование этого названия остаётся под вопросом.

Кроме того, существуют определённые сложности в переводе выражения «Овечьи ворота». Греческое слово пробатикэ, переведённое здесь как «овечьи», буквально означает «относящийся к овцам». Однако не совсем ясно, к какому слову относится это прилагательное. Если это слово «купальня», тогда получаем: «Есть возле овечьей купальни место, называемое Вифезда». Также не исключается, что оно относится к слову «рынок», что приводит к прочтению: «Есть возле овечьего рынка купальня, называемая Вифезда». Ещё одним вариантом, который принимают все русскоязычные и большинство англоязычных переводов Библии, является слово «ворота», что позволяет читать этот текст как: «Есть возле овечьих ворот купальня, называемая Вифезда». Этот вариант представляется наиболее оптимальным, учитывая то, что «Овечьи ворота» упоминаются в книге Неемии в 3:1, 32 и 12:39. Если Неемия и Иоанн говорили об одном и том же месте, тогда речь шла о небольшом проёме в северной городской стене, к западу от северо-восточного угла, недалеко от прихрамовой территории.

Как появилась физическая вселенная, в которой мы живем? Откуда она взялась — или она всегда существовала? Наша физическая вселенная — это единственное, что существует или когда-либо существовало? Она живая, одушевленная всевозможными духами, населяющими камни, деревья, ветер, животных и небесные тела? Во что нам следует верить относительно сотворения?

Как и во всех других случаях, христиане верят в то, чему учит Библия! Если сформулировать коротко, то мы верим, что вселенная была сотворена Богом для Его славы и что однажды физическая вселенная будет уничтожена. В частности, Библия называет шесть фактов, касающихся сотворения.

МИР — ФИЗИЧЕСКАЯ ВСЕЛЕННАЯ — БЫЛ СОТВОРЕН БОГОМ

Библия начинается так: «В начале сотворил Бог небо и землю» (Быт. 1:1). Затем текст рассказывает о шести днях сотворения, в которые Бог сотворил все и объявил, что все это «хорошо весьма» (Быт. 1:31). В Быт. 2 говорится о том, что на седьмой день Бог отдыхал, а затем разговор возвращается к деталям сотворения человечества на шестой день.

Учение о сотворении, однако, содержится не только в Быт. 1 и 2. В этих главах лишь закладывается основание для дальнейшего изложения библейской истории. Ветхий Завет часто говорит о том, что мир сотворил Бог. Левиты молились: «Ты, Господи, един, Ты создал небо, небеса небес и все воинство их, землю и все, что на ней, моря и все, что в них, и Ты живишь все это, и небесные воинства Тебе поклоняются» (Неем. 9:6). В Пс. 32:6 говорится: «Словом Господа сотворены небеса, и духом уст Его — все воинство их» (см. также Пс. 32:9; 89:3; Ис. 45:18; Иер. 10:12, 16).

Новый Завет также учит тому, что Бог сотворил все:

«В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть» (Ин. 1:1-3).

Павел писал: «Ибо Им создано все, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли, — все Им и для Него создано» (Кол. 1:16). Перед жителями Афин он возвестил о «Боге, сотворившем мир и все, что в нем» (Деян. 17:24). В Евр. 1:2 говорится, что Бог «в последние дни эти говорил нам в Сыне, Которого поставил наследником всего, чрез Которого и веки сотворил».

ВОЗВРАЩЕНИЕ ИИСУСА В ГАЛИЛЕЮ

«По прошествии же двух дней Он вышел оттуда и пошёл в Галилею, ибо Сам Иисус свидетельствовал, что пророк не имеет чести в своём отечестве. Когда пришёл Он в Галилею, то галилеяне приняли Его, видев всё, что Он сделал в Иерусалиме в праздник, — ибо и они ходили на праздник» (Ин. 4:43–45).

Стихи 43–45. Иисус продолжил Свой путь в Галилею (4:43; см. 4:3) после двухдневного пребывания с самарянами в городе Сихарь (4:40). Этот переход от Самарии к Галилее связан с значительными трудностями. Рэймонд Браун ясно пишет: «Эти три стиха [4:43–45] представляют собой пресловутую нестыковку в четвёртом евангелии». По его словам, даже во времена Оригена (ок. 185–254 гг. н. э.) этот отрывок «бросал вызов логике». Основная сложность сосредоточена в 4:44, где Иоанн обосновывает этот маршрут поговоркой о том, что пророк не имеет чести в своём отечестве. Эта поговорка, кажется, противоречит тому, как тепло галилеяне приняли Иисуса в 4:45.

Для того чтобы правильно понять этот переход, следует ответить, как минимум, на два важных вопроса. Первый: что подразумевал Иисус под «своим отечеством»? Высказывались различные предположения. «Отечество» — перевод слова патрис, которое означает либо «родная земля», либо «родной город».

Некоторые комментаторы под патрис Иисуса подразумевают Иудею, страну, в которой родился Иисус и в которой находился Иерусалим — центр иудейской религии. По их мнению, Иисусу не оказали чести в Иудее, хотя Его хорошо приняли в Галилее (4:45). Это предположение не лишено своих сложностей. Из Ин. 4:1–3 следует, что Иисус покинул Иудею на волне успеха, а не поражения. В книге Его последовательно связывают с Галилеей (1:43; 2:1; 7:1, 41, 52) и Назаретом (1:46, 47; 19:19). Если в этой поговорке шла речь об Иудее, тогда её следовало бы поместить в ту часть главы, где сообщалось, что Он покинул эту землю (4:3), а не между Его посещениями Самарии и Галилеи.

Нам представляется более разумным считать, что под патрис подразумевается Галилея. Это согласуется с употреблением этой поговорки в Синоптических Евангелиях; во всех трёх случаях (Мф. 13:57; Мк. 6:4; Лк. 4:24) патрис означает родной город Иисуса, Назарет, расположенный в Галилее.

Второе: почему поговорка в 4:44 приведена в качестве причины прихода Иисуса в Галилею (4:43), если Он не ожидал чести от галилеян? Не следует забывать, что как раз перед этим Иисуса хорошо приняли в Самарии, а тот приём, какой Он получил в Галилее, имел под собой совершенно иные обоснования. Хотя галилеяне «приняли Его» (4:45), их отношение к Нему объяснялось тем, что Он сделал раньше, а не тем, кем Он был. Самаряне приняли Иисуса как Мессию, но галилеяне приняли Его по причине чудес, которые Он совершил в праздник (во время Пасхи), когда был в Иерусалиме (2:23–25). Популярность Иисуса в Иудее была слишком искусственной (2:23–25; 4:1–3). Поэтому Ему пришлось уйти оттуда, чтобы избежать преждевременного столкновения с фарисеями. Он знал, что в Галилее будет по-другому, поскольку не рассчитывал на то, что Ему окажут честь в Галилее. И хотя галилеяне были восторженно настроены по отношению к Иисусу из-за совершённых Им чудес (4:45), на самом деле они не чтили Его (4:48). Вместо этого они жаловались на Него (6:41) и в конечном итоге большей частью отвернулись от Него (6:66).

Такое объяснение не противоречит контексту. Стихи 43 и 44 продолжают сказанное в 4:1–3, тогда как рассказ о происшествии в Самарии был просто вставкой. Если читать текст, не упуская из внимания последовательность событий, тогда он разворачивается логично и в нём нет никаких противоречий. Иисус знал, что фарисеи услышали о том, что Он крестил более, чем Иоанн, поэтому оставил Иудею и отправился в Галилею, сказав, что пророк не имеет чести в своём отечестве.

«Так и вы, братья мои, умерли для закона телом Христовым, чтобы принадлежать другому, Воскресшему из мертвых, — да приносим плод Богу. Ибо, когда мы жили по плоти, тогда страсти греховные, обнаруживаемые законом, действовали в членах наших, чтобы приносить плод смерти; но ныне, умерев для закона, которым были связаны, мы освободились от него, чтобы нам служить Богу в обновлении духа, а не по ветхой букве» (Рим. 7:4-6).

Те, на кого распространялся ветхозаветный закон, становились детьми завета по рождению; они рождались под законом. Завет был заключен между Богом и ими. Им было обещано, что если они будут исполнять условия завета, то будут благоденствовать и долго жить на своей земле. Если же ослушаются, то испытают последствия — будут наказаны и изгнаны с земли.

Новый завет, необходимость которого убедительно показал закон, является совершенно новой системой, отличной от прежней. Чтобы стать детьми нового завета, мы должны родиться свыше (Ин. 3:3-5). Без этого у нас не может быть надежды на вечное благословение небес (1 Пет. 1:3, 4), обещанной по новому завету. Новый завет дает нам также Друга, которому мы можем с любовью и охотой служить и повиноваться с благочестивым страхом. Под новым заветом мы служим от сердца. Мы хотим жить для Иисуса, нашего Господа и Спасителя.

Еще до сотворения неба и земли Бог предопределил спасти человечество через Иисуса, а не через закон (Деян. 2:23; 1 Пет. 1:18–20). Закон не давал обещанного Богом благословения через семя Авраамово (Быт. 22:18; Гал. 3:16). Напротив, он подводил тех, на кого распространялся, под проклятие. Закон гласил, что всякий, кто не соблюдает всех повелений (Иак. 2:10), будет проклят (Гал. 3:10) — и никто (за исключением Иисуса) не мог исполнить этот закон в совершенстве.

Это вовсе не значит, что закон аннулировал Божий завет с Авраамом, содержавший обещание благословить все народы через его семя, Иисуса. Павел поясняет: »…завета о Христе, прежде Богом утвержденного, закон, явившийся спустя четыреста тридцать лет, не отменяет так, чтобы обетование потеряло силу» (Гал. 3:17). Закон не мог дать благословения, ибо он проклинал всех, кого обязывал повиноваться. Это проклятие невозможно было снять посредством закона; но позже ему предстояло быть снятым Христом. Когда пришел Иисус, Он «искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас проклятием — ибо написано: „Проклят всяк, висящий на древе“” (Гал. 3:13). В Гал. 2:21 мы читаем: ‚Не отвергаю благодати Божией; а если законом оправдание, то Христос напрасно умер‘.

ЗАКОН ХРИСТА

Коренное отличие старого и нового заветов состоит в характере этих законов, а не в наличии или отсутствии закона как такового. Первый был системой правил, которые должны были исполнять те, чьи сердца не претерпели изменений. Божий закон не обязательно был написан на их сердцах. Новый завет — глубже, чем писаный свод законов, регулирующий внешние аспекты жизни людей. Теперь мы имеем свод законов, написанный на наших сердцах, что ведет к изменению нашей жизни. У нас, христиан, новая жизнь, потому что наш образец, Христос, живет и правит в наших сердцах.

У Иисуса Христа есть закон. Павел писал об исполнении «закона Христова» (Гал. 6:2). О себе он говорил, что «не… чужд закона пред Богом, но подзаконен Христу…» (1 Кор. 9:21).

НА ЖЕНЩИНУ

«В это время пришли ученики Его и удивились, что Он разговаривал с женщиной; однако ж ни один не сказал: „Чего Ты требуешь?“ или „О чём говоришь с ней?“ Тогда женщина оставила водонос свой, и пошла в город и говорит людям: „Пойдите, посмотрите Человека, Который сказал мне всё, что я сделала: не Он ли Христос?“ Они вышли из города и пошли к Нему» (Ин. 4:27–30).

Стих 27. Ученики, которые ходили в город, чтобы купить еды, возвратились и были удивлены, увидев, что Иисус разговаривал с женщиной. В тексте буквально написано, что они «пребывали в изумлении» от того, что Иисус «продолжал говорить» с ней. Их удивило не столько то, что Иисус разговаривал с кем-то из самарян, как то, что Он разговаривал с женщиной. Некоторые раввины, как например, Иосия бен Йоханан, учили, что разговаривать с женщиной, даже со своей женой, было для мужчины пустой тратой времени, отвлечением от изучения закона и потенциальным злом, которое может привести в ад (Мишна, Авот, 1.5). На самом деле некоторые учителя, такие как Равви Елиезер даже утверждали, что учить своих дочерей Торе было так же неправильно, как учить их распутству (Мишна, Сота, 3.4). Добавьте к подобным размышлениям тот факт, что эта женщина была самарянкой, и изумление учеников станет понятным.

Хотя ученики Иисуса и удивились тому, что Он разговаривал с женщиной, они не стали Его спрашивать: «О чём говоришь с ней?» Если бы они спросили её о чём-либо, они были бы виноваты в том, чему удивлялись сами. Возможно, они воздержались от вопросов, чтобы избежать неловкой ситуации. Возможно, они не стали спрашивать Иисуса из-за уважения к Нему, полагая, что у Него есть Свои причины так поступать.

Стихи 28–30. Встреча с Иисусом настолько глубоко поразила эту женщину, что она оставила водонос свой, забыв о том, что хотела набрать воды, и пошла в город (4:28). Духовное удовлетворение, которое она обрела в разговоре с дающим живую воду, оттеснило все её земные заботы. Ей хотелось рассказать жителям своего города о человеке, который знал всё о её личной жизни. В ходе её разговора с Иисусом мы могли видеть, как Он возрастал в её глазах. В 4:9 она назвала его «иудеем», для неё Он был просто человеком, проходящим через территорию Самарии. В 4:12 она спросила Иисуса, не является ли Он «больше… Иакова», хотя сама ещё в это не верила. Она назвала Его «пророком» в 4:19, и к концу их беседы уже считала Его обещанным «Пророком».

Рассказывая людям о том, что с ней произошло, она воскликнула: «Пойдите, посмотрите Человека, Который сказал мне всё, что я сделала» (4:29). Подобное знание было убедительным доказательством того, что этот человек мог быть Мессией. Хотя Он ясно сказал об этом, у неё ещё оставались какие-то сомнения, что отразилось в её вопросе, начинающемся со слова мэти: «Не Он ли Христос?» (4:29). Ожидая отрицательный ответ на этот вопрос, она надеялась на утвердительный. Она избегала категоричных заявлений. Если бы эта женщина с дурной репутацией, придя в город, заявила: «Послушайте, я нашла Мессию», её никто не стал бы слушать. Вместо этого она задала вопрос. Её слова «Пойдите, посмотрите Человека» созвучны ответу Филиппа «Пойди и посмотри» на скептический вопрос Нафанаила «Из Назарета может ли быть что доброе?» (1:46).

Насколько мы можем судить, Никодим, при всех его достоинствах, никогда открыто не назвал себя учеником Иисуса и не приводил к Нему других людей. Эта же женщина фактически заставила весь город прийти к Иисусу. В предложении «Они… пошли к Нему» (4:30) не перфектная форма глагола эрхонто предполагает продолжительное действие, то есть, они шли и шли к Иисусу. Хотя в тексте не говорится о количестве пришедших, мы можем предположить, что их было немало.

НА УЧЕНИКОВ

«Хананей с неверными весами в руке любит обижать» (Ос. 12:7).

В дни Осии в Израиле, очевидно, были купцы «с неверными весами в руке». Слова «неверные весы» означают неисправные весы, которыми торговец мог манипулировать в свою пользу, что позволяло ему покупать товары дешево, а затем продавать их по непомерно завышенным ценам.

В законе Моисея Бог запретил нечестное ведение дел (Лев. 19:35, 36; Втор. 25:13–16). Поэтому можно допустить, что, поучая христиан в Новом Завете быть честными — как когда Иисус, например, сказал «не обманывай» (Мк. 10:19), — Он запретил христианам, занимающимся предпринимательской деятельностью, использовать нечестные средства для увеличения своей прибыли. В Еф. 4:28 выражено требование к христианам честно трудиться, «делая своими руками полезное». А в Отк. 21:8 сказано, что «всех лжецов» ждет «участь в озере, горящем огнём и серой».

Христиане-предприниматели не могут оправдывать продажу дешевых товаров по высоким ценам, просто говоря: «Пусть покупатель будет внимательным». Доходы никогда не должны становиться важнее принципов. Когда христиане честно работают на своих рабочих местах, это способствует тому, что окружающие начинают благосклонно смотреть на церковь и Господа (1 Пет. 2:12).

Это случилось глубокой ночью после одного из самых скверных дней в жизни Павла. В тот день они с Силой шли к реке, где собирались снова рассуждать на духовные темы и изучать Писания с новообращенными христианами и другими интересующимися людьми, которые должны были собраться там. Оптимистические планы на продуктивный день были расстроены, когда их вдруг схватили, потащили на рыночную площадь, оклеветали, жестоко избили и бросили в темницу. Однако такое несправедливое обращение не сломило их дух: «Около полуночи Павел и Сила, молясь, воспевали Бога; узники же слушали их» (Деян. 16:25).

Внезапно темница содрогнулась от землетрясения, и все двери камер отворились. Даже цепи, сковывавшие всех узников, упали. Когда проснувшийся надзиратель увидел, что случилось, наказания он испугался больше, нежели смерти. Он уже выхватил меч, чтобы убить себя, как голос Павла из глубины темницы остановил его: «Не делай себе никакого зла, ибо все мы здесь».

Дальнейшие события как раз и будут объектом нашего пристального внимания.

«[Темничный страж] потребовал огня, вбежал в темницу, и в трепете припал к Павлу и Силе, и, выведя их, сказал: „Государи мои, что мне делать, чтобы спастись?“» (Деян. 16:29, 30).

В ужасе оттого, что чуть было не умер, надзиратель был благодарен за возможность остаться живым. Какая-то неведомая сила, величие которой даже невозможно было себе представить, потрясла основание темницы — и его жизнь. В голове звучал только один вопрос: что ему нужно сделать, чтобы спастись? Это самый важный в жизни вопрос.

Прежде чем мы посмотрим, что темничному стражу было велено сделать, необходимо осознать, что мы не можем спасти себя сами. Мы не можем заработать себе спасение и не можем принести достойную жертву за свои грехи. В письме к эфесским христианам Павел ясно выразил эту мысль: «Ибо благодатью вы спасены через веру, и это не от вас — Божий дар, — не от дел, чтобы никто не хвалился» (Еф. 2:8, 9; см. Рим. 5:6-8).

Без Иисуса мы — бессильные грешники, не способные ничего сделать для своего спасения. Что бы ни было сказано тюремному стражу сделать, ему не было велено спасти себя самому! Только Иисус может быть Спасителем! Однако тюремщик узнал, что на приглашение Спасителя ему нужно ответить.

УСЛЫШАТЬ ДОБРУЮ ВЕСТЬ ОБ ИИСУСЕ

ВОДА ЖИВАЯ

«Приходит женщина из Самарии почерпнуть воды. Иисус говорит ей: „Дай Мне пить“. Ибо ученики Его отлучились в город купить пищи. Женщина самарийская говорит Ему: „Как Ты, будучи иудеем, просишь пить у меня, самарянки?“ Ибо иудеи с самарянами не сообщаются. Иисус сказал ей в ответ: „Если бы ты знала дар Божий и Кто говорит тебе: ‚Дай Мне пить‘, то ты сама просила бы у Него, и Он дал бы тебе воду живую“. Женщина говорит Ему: „Господин! Тебе и почерпнуть нечем, а колодец глубок; откуда же у Тебя вода живая? Неужели Ты больше отца нашего Иакова, который дал нам этот колодец, и сам из него пил, и дети его, и скот его?“ Иисус сказал ей в ответ: „Всякий, пьющий воду эту, возжаждет опять, а кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек; но вода, которую Я дам ему, сделается в нём источником воды, текущей в жизнь вечную“» (Ин. 4:7–14).

Стихи 7, 8. У колодца Иакова Иисус встретил женщину из Самарии. Возможно, Иоанн намеренно поместил здесь этот рассказ, чтобы провести параллель между этой женщиной и Никодимом (3:1–21). Было бы логично рассматривать главы 3 и 4 как одно целое. Иисус встретился с двумя людьми, находящимися на разных полюсах общества. Следует выделить следующие различия между ними:

Он был иудеем; она была самарянкой.

Он был мужчиной; она была женщиной.

Он был образован; она была необразованной.

Он был человеком высокой морали; она была грешницей и парией.

Он был богатым; она была бедной.