Док Сэвидж. № 25. Глава 12. ЗОЛОТАЯ БОГИНЯ
Расщелина послужила удобным укрытием для дирижабля. Они закрепили баллон. Док с помощью Длинного Тома извлек из системы зажигания серебряного корабля несколько хрупких деталей, необходимых для работы дирижабля; поскольку других подобных двигателей в мире не было, удаление этих ключевых деталей сделало дирижабль абсолютно защищенным от краж.
Над головой самолет Часового Боуэна медленно кружился, словно огромный стервятник, зависший между бледным блеском неба и свинцово-серым цветом бескрайних ледяных полей.
— Они, должно быть, ждут, когда мы отойдем от дирижабля, — решил Монк.
Джонни был занят изучением скальных образований с помощью монокля-лупы. Жилистый геолог был не только теоретиком, но и опытным полевым экспертом. Теперь его геологический опыт принес свои плоды.
— Конфигурация этой расщелины в скале указывает на то, что примерно в этом месте можно ожидать открытия значительной пещеры. — Его худая рука указала.
Док согласился. — Похоже, мы находимся на не нанесенном на карту острове или скалистом рифе, выступающем из пакового льда. Постоянный поток теплого воздуха вдоль этой щели имеет достаточный объем, чтобы указывать на наличие подземного лабиринта.
Глаза Дока, сверкающие золотистыми искорками, прищурились, глядя на кружащий над головой самолет Часового Боуэна. Время от времени самолет, кружащий над головой, на мгновение скрывался за горизонтом.
Док посмотрел на своих людей. — У вас есть аварийные наборы?
Они кивнули.
— Я пристегну Хабеаса Корпуса под пальто, — сказал Монк.
— В следующий раз, когда их самолет скроется из виду, — предупредил Док, — мы совершим рывок. Заодно можно и это место осмотреть.
Они напряженно наблюдали. Самолет скрылся из виду.
— Хорошо! — сказал Док.
Они бросились бежать. Самолет появился в поле зрения еще до того, как Док и его помощники достигли цели. Их заметили летающие мошенники. Сверху доносились выстрелы из пулеметов с жутким треском; звук выстрелов разносился по скалистым склонам расщелины.
Каменная крошка смешалась с брызгами свинца, когда Док и его люди бросились в безопасное место за огромным выступом. Они благополучно добрались до цели, но в последний момент летящий обломок камня сильно ударил Монка по куртке. Хабеас Корпус был с той стороны. Неуклюжий коротышка взвизгнул от боли, дернулся и вывалился наружу, тяжело приземлившись. Он метался, визжа под свинцовым градом.
***
Монк, находясь в безопасном месте у входа в пещеру, отчаянно закричал, и когда ошеломленное животное не ответило, Монк выпрыгнул наружу, как человекообразная обезьяна, спрыгивающая с дерева.
Пули просвистели вокруг него. Одна прошла сквозь куртку. Он не обратил внимания. С легкостью антропоида, поднимающего кокосовый орех, невзрачный химик подхватил свинью и бросился обратно ко входу в пещеру. У него получилось.
Хэм застонал от притворного разочарования. — Одно мгновение, — сказал он, — я думал, у нас на ужин будут свиные отбивные.
Монк свирепо посмотрел на него, тяжело дыша. — Когда-нибудь, ты, мелкий мошенник, ответишь за все удары по этому борову! — Над ними смолк шум самолетных моторов. Внезапная тишина, казалось, давила на них, как что-то осязаемое, живое. Арктическая тишина, нескончаемо повисшая над ледяной пустыней, нарушалась только тихим жалобным завыванием ветра в стойках и тросах, когда огромный самолет снизился и выровнялся.
— Они сейчас разобьются! — Воскликнул Хэм.
— Ага! — прорычал Монк. — Но они спускаются в расщелину.
Раздался треск, когда шасси самолета Часового Боуэна оторвалось от фюзеляжа из-за контакта с поднимающимися вверх ледяными корками, намерзшими так прочно, словно они были цементом.
Самолет наполовину перевернулся, балансируя, как потерявшая равновесие птица, затем шлепнулся назад, накренившись на одно смятое крыло.
Боковая дверь кабины распахнулась. Бандиты высыпали наружу, наполовину прыгая, наполовину падая. У всех были автоматы.
— Теперь каждый сам за себя, — прорычал Ренни, и его длинное пуританское лицо стало еще более печальным в предвкушении драки.
— Да, — согласился Монк. — Заметили, где они приземлились? Мы должны размазать их, чтобы вернуться на наш корабль.
— Они бы не рискнули приземлиться, если бы мы не спустились первыми, — сказал Док. — Они, вероятно, знали, что мы следили за ними по всей Канаде.
Длинный Том кивнул. — Их радиоприемник мог перехватить наши сообщения с наземными станциями.
Док выхватил фонарик и направил его в более темное углубление под выступом.
— Эй! — рявкнул Ренни. — — Похоже на ту пещеру, о которой предсказывал Джонни!
***
Вскоре стало очевидно, что Часовой Боуэн действовал не бездумно. Один из мужчин нес деревянный ящик. Он открыл его и достал оружие, похожее на дробовик. Он зарядил ствол тонким стержнем, к которому был прикреплен цилиндр, напоминающий цилиндр ракетницы. Он прицелился в выступ и выстрелил.
Результаты были катастрофическими, потому что мужчина выстрелил из ружейной гранатой. Произошла мощная ударная волна. Обрушились камни. Ледяной покров и снег покрылись пеленой.
— Святая корова! — прогремел Ренни. — Нам лучше вернуться внутрь. Они загнали нас в ловушку!
— Посмотрим, как далеко это уходит, — согласился Док. — Но подождите. Мы позаботимся о том, чтобы они не похоронили нас здесь.
Бронзовый человек громким голосом крикнул Часовому Боуэну и его последователям, сообщая, что с дирижабля были сняты важные детали.
— Они не станут сейчас обрушивать на нас потолок, опасаясь повредить детали, — сказал он.
Они вернулись в пещеру. Сначала она была небольшой и давала признаки что дальше будет больше.
— Мне очень не хочется покидать этот дирижабль, — с тревогой сказал Хэм.
— Это совершенно безопасно, — заверил Док. — Поскольку они рассчитывают, что сами поедут на нем обратно, они будут осторожны, чтобы не повредить его.
— Док, — сказал Монк, — давай останемся здесь и дадим бой.
— Ничего не выиграешь, если будешь сопротивляться, — заметил Док. — Они бы использовали эти гранаты, если бы могли сделать это, не засыпав нас землей.
— О’кей, Док, — покорно сказал Монк, — но я жажду активных действий.
— Ты можешь получить это, — напомнил Хэм, — если мы наткнемся здесь на стаю черных тварей.
Хэм говорил полушутя, не имея ни малейшего представления о том, что близко время, когда он должен будет воспринимать черных тварей иначе, чем в шутку.
***
Относительно узкая гранитная расщелина, в которую они вошли, вела в известняковый лабиринт. Они достали фонарики. Пещеры спускались вниз под острым углом и расширялись, образуя залы внушающих благоговение размеров.
Внезапно стало совсем не холодно.
Сталактиты и сталагмиты выглядели как массивные колонны из слоновой кости. Там были целые купола кристаллических образований, которые сверкали, как россыпь бриллиантов, в пронизывающем свете фонариков. Некоторые комнаты имели сводчатые формы собора и были такими высокими, что белые, толщиной с карандаш, дорожки света от ручных фонариков не могли их высветить.
Монк в восхищении вытянул шею.
— Храм царя Соломона, должно быть, выглядел вот так, — сказал он и повернулся, чтобы позвать Хабеаса Корпуса, который отставал. — Да, — продолжил он проникновенно, — — это было бы прекрасным местом для гарема.
— Только об этом и думаешь, — сухо сказал Хэм, зная слабость Монка к женщинам, поодиночке или в большом количестве.
Эхо металось взад и вперед между стенами пещеры сбивающим с толку и часто пугающим образом, шарканье ног и голоса разносились в воздухе и возвращались обратно искаженными звуковыми всплесками.
Док тихим голосом приказал остановиться.
— Никому не разговаривать, — приказал он.
Никто не разговаривал и никто не двигался; однако, что тревожно, эхо шагов и невнятных разговоров не прекращалось. Более того, пока они ждали и прислушивались, эхо становилось всё громче и нарастало, перерастая в настоящий шум.
— Я так и думал, — осторожно сказал Док. — Не все эхо принадлежит нам.
— Судя по их звуку, — прошептал Длинный Том, — Часовой Боуэн и его банда, должно быть, наткнулись на короткий путь. Похоже, они близко.
— Они близко, — подтвердил Док.
Бронзовый человек некоторое время вполголоса совещался с Джонни по какому-то геологическому вопросу. Хотя Док в результате своих изнурительных исследований, своей добровольной умственной, физической и эмоциональной дисциплины накопил в каждом конкретном случае больший запас знаний, чем у своих пяти помощников, он, тем не менее, часто консультировался с ними по вопросам, касающимся их специальности.
Он поступил так, потому что был человеком дотошным и предпочитал проверять свои рассуждения. По нынешнему геологическому вопросу Док и Джонни быстро пришли к согласию.
— Пошли, — крикнул Док и посветил фонариком вперед, уводя их в пещеру, которая быстро сужалась по мере того, как они спешили вперед.
Ренни, оглядываясь в темноте, заметил отблеск фонарика, который держал в руках один из преследующих его гангстеров.
— Они близко, — крикнул он. — Оглянитесь!
***
Остальные обернулись. Они были недостаточно быстры, чтобы увидеть белый луч фонарика, но были достаточно быстры, чтобы разглядеть шафрановую вспышку, вырвавшуюся из дула автоматического пистолета.
Преследуемая ревущим эхом, пуля пронеслась по узкому входу мимо голов Дока и его помощников, издавая музыкальные звуки по свисающим сталактитам.
— На пол! — Приказал Док. — Погасите свет!
Еще больше шафрановых вспышек расцвело на кончиках ружей, и еще больше пуль с гулким грохотом разнеслось по узкому каменному коридору.
— Назад, — крикнул Док своим людям, — здесь за поворотом! Найдите укрытие, прежде чем открывать огонь из своих супер-пистолетов!
Пока они ощупывали окрестности в темноте и прятались за защищающими скалами, шафрановые пятна от взрывающихся пистолетов врагов скрылись за медленными, яростными красными полосами, когда гангстеры открыли огонь из своих пулеметов. Свинец и летящие обломки камней разлетались по каменистому туннелю. Эхо напоминало раскаты грома.
Громче всего остального прозвучал отрывистый рев супер-пистолетов Дока, когда его помощники открыли ответный огонь. Бледные зеленовато-золотые вспышки вырывались из тяжелых стволов странных орудий милосердия. Эффективные супер-пистолеты, которыми умело управляли люди Дока, возымели действие.
Преступники вернулись назад в конец коридора. Часовой Боуэн яростно выругался и приказал своим людям не открывать огонь до тех пор, пока они не смогут определить степень своих повреждений, его слова были отчетливо слышны.
Люди Дока тоже прекратили стрельбу. Эхо ударов стихло, словно раскаты грома.
Нападавшие подсчитали свои потери.
— Три человека вырублены их проклятыми пулями милосердия! — прохрипел Боуэн. — — Найдите себе укрытие получше, птицы… нет, подождите! — в его голосе слышалась мягкая напряженность.
Эхо речи Дока и его людей отчетливо доносилось до нападавших из глубины туннеля. Это были отзвуки тревоги.
Длинный Том что-то говорил.
— Мы с Доком несколько раз сходили на прогулку, — рявкнул он. — Мы исследовали каменные стены — и это тупиковый туннель!
— Ты хочешь сказать, что он никуда не ведет? — Громко спросил Монк.
— Верно! — Длинный Том согласился. — Единственный способ, которым мы можем выбраться, — это тот, которым мы пришли.
— И эта банда заблокировала этот проход пулеметами! отрезал Хэм.
— Святая корова! — Громовой голос Ренни взревел. — Неужели отсюда вообще нет выхода?
Даже предостерегающий голос Дока был подхвачен злобным эхом и отчетливо донесен до жадно прислушивающейся банды Часового.
— Не говорите так громко! — Предупредил Док. — Они нас услышат. Нам придется не дать им понять, в какую передрягу мы попали — .
Вернувшись в открытый конец туннеля, Часовой Боуэн воодушевился и принялся за дело.
***
— Это наш шанс, — промурлыкал Часовой. — Хэм-хок, у тебя гранатомет. Мы захлопнём эту дыру.
В ответ раздался одобрительный голос толстого негра.
— Запрем их на сто лет, а?
— Запри их, черт возьми! — прошептал Часовой. — — Мы закроем их, а потом дадим им день-два подумать. Они будут готовы сдаться, когда мы снова его взорвем.
Часовой выбрал трещину, разрыв которой привел бы к обрушению входа. Хэм-хок тщательно прицелился.
Хотя Часовой и его люди старались говорить вполголоса, пещерное эхо донесло их голоса.
Раздался безрассудный голос Монка: — Давай нападём на них, Док. Я не хочу здесь сидеть взаперти.
— Не будь дураком, Монк, — эхом отозвался укоризненный голос Дока. — Мы никогда не смогли бы прорваться под огнем полудюжины пулеметов.
— Мы могли бы подрезать кого-нибудь из них нашими супер-пистолетами! — Монк отчаянно взмолился.
— Что хорошего это даст, — логично рассуждал Док. — В конце концов, они уничтожат нас всех.
— И что мы тогда будем делать? — Ренни заорал.
— Ничего не делай. Мы останемся здесь и воспользуемся своим шансом с помощью взрыва. Это единственное, что мы можем сделать.
Злобный голос Боуэна громко прозвучал в туннеле. На этот раз он обращался не к своим людям. Он обращался к Доку.
— Это конец игры! — крикнул он. — Сэвидж, ты можешь выйти или остаться там! Выбирай сам!
Док ничего не ответил.
Раздался оглушительный взрыв, когда Хэм-хок воспользовался гранатометом. Вспыхнуло пламя. Потолок туннеля обрушился. Стены вздыбились.
Вплоть до самого дальнего конца туннеля скалы обрушились вниз, настолько полностью перекрыв проход, что даже такой маленький предмет, как крыса, не смог бы избежать сокрушительного разрушения. Катаклизм оказался намного масштабнее, чем ожидал Часовой Боуэн.
Часовой Боуэн и его люди были сбиты с ног чудовищной силой взрыва. Звуковая пульсация атаковала их уши с силой, достаточной, чтобы лопнуть барабанными перепонками. Взметнулась белая известняковая пыль.
Наконец звуковые волны стихли. Пыль осела. Фонарики мошенников осветили груду каменных обломков.
— Забито от пола до крыши, — взвизгнул Часовой. — Эти детали дирижабля — они похоронены!
Тихо заговорил Ул: — Мы тупые дураки, если, имея достаточно времени, не можем изготовить новые детали. Но было бы гораздо лучше, если бы у нас были черные очки.
— Мы справимся, — пробормотал Часовой. — Давайте уберемся подальше от этой пыли. Мы могли бы также войти в него, Ул?
— Да, — сказал Ул. — Мы войдем сейчас.
***
Следуя указаниям Ула, Часовой и его люди, неся троих мужчин, временно потерявших сознание от пуль милосердия, свернули в одну из пещер и, спотыкаясь, побрели по каменистому полу. Их фонарики прорезали фантастические белые полосы в стигийской темноте.
Ул шел по определенным следам, неясным царапинам, грудам камней тут и там. Его манеры, его уверенность указывали на то, что он сам расставил ориентиры.
Лабиринтоподобные помещения были пусты, мертвы, лишены всякой жизни или живой материи. Повсюду, в свете фонарей, стены, пол и потолок отливали холодной свинцовой глазурью.
— Это место вызывает у людей отвращение, — заявил Хэм-хок Пайни, с тревогой закатив глаза. — Это по меркам любого человека.
— Именно эти пещеры, — загадочно сказал Ул, — известны как Земля Затерянных. Ни один человек не проникает в них далеко и не выходит оттуда живым.
— Но вы… все это сделали, — жалобно намекнул Хэм-хок.
— Я сделал, — согласился Ул. — Я был первым, кто это сделал. — Группа мошенников продвигалась вперед в течение нескольких часов.
***
Внезапно Ул остановился на полпути. Он замер, глядя вниз. Часовой Боуэн, шедший следом, врезался в него, прежде чем тот успел остановиться.
— В чем дело? — спросил главарь мошенников.
Длинная рука Ула указала на пол.
Стражи посмотрели, затем нервно выругались. Остальные столпились вокруг, уставившись на них.
На белой каменной пыли на полу были четко очерчены следы ног. Маленькие следы, изящной формы. Создатель отпечатков, очевидно, был одет в обтягивающие мокасины. Вмятины свидетельствовали о твердо вылепленном каблуке, высоком своде и пяти пальцах, таких же незакрученных и округлых, как у ребенка. Но большое расстояние между следами, когда они вели в одну из боковых комнат, ясно указывало на то, что это не были отпечатки ребенка.
— Что Сона могла здесь делать? — В ровном голосе бледнолицего мужчины действительно слышалась толика эмоций.
— Сона? — спросил Часовой.
Ул указал на едва различимые перепончатые отметины в следах.
— Это Сона, — уверенно заявил он. — Она, и только она, имеет привилегию носить обувь с имперским рисунком на ткани.
— Кто, черт возьми, такая Сона? — Часовой хотел знать.
Ул, посветив фонариком в направлении исчезающих следов, не ответил. Вместо этого он сказал: — Она прошла несколько минут назад.
Он взмахнул рукой, привлекая внимание к тонкой дымке каменной пыли, которая висела в воздухе с хрустальным блеском.
— Да, она была здесь совсем недавно. Пойдемте. Мы заберем ее.
Он повернулся в направлении следов. Он неуклюже бежал вприпрыжку. Остальные последовали за ним.
Прошло всего несколько минут, прежде чем они увидели свою добычу — девушку.
Она побежала при их приближении. У нее были длинные распущенные волосы золотистого оттенка, и одета она была в какую-то паутинку, которая плотно облегала фигуру, формируя изящные изгибы во время бега. На ней были очки с невероятно толстыми линзами.
По указанию Часового, Хони Гамильтон выпустил несколько пуль из пулемета над головой девушки. Пещеры в этом месте сузились; грохот выстрелов был ужасающим.
Девушка не остановилась, и было очевидно, что пули и грохот ружей были чем-то необычным для нее.
— Догнать ее! крикнул Часовой.
В конце концов, они это сделали. Они схватили ее и удерживали.
Ул приблизился, его смертоносная правая рука порхала, как бабочка. Девушка отшатнулась. Было очевидно, что жест бабочки был для нее не в новинку.
Ул что-то сказал девушке на неразборчивой тарабарщине. Очки, которые она носила, были похожи на те, что были у Ула. Их гротескность странно контрастировала с мягким изящным изгибом ее щек, с ее естественным светлым цветом лица.
Ул сорвал очки с ее глаз с такой яростью, что оставил красную царапину на ее гладкой щеке.
Затем Ул повернулся к Часовому. — Встретить ее — это такая удача, на которую я никогда не мог надеяться, — сказал он.
— Для меня это ясно, как манхэттенская грязь, — проворчал Часовой. — Кто она, черт возьми, такая?
— Она Сона, — сказал Ул. — В вашей так называемой цивилизации ее назвали бы принцессой Соной.
Разум главаря банды начал работать по своему обычному беззаконному образцу.
— Скажи! — взорвался он. — Кто-то должен…
— Вот именно! — Прервал Ул. — Мы возьмем ее в заложницы, чтобы гарантировать нашу собственную безопасность и выторговать то, что мы хотим.
— Конечно, — подчеркнул Часовой, поправляя золотую цепочку, ниспадающую на его жилет. — То, что, так сказать, сделает вас боссом США.
Ул повернулся к Соне с резким приказом.
Затем внезапно оглушительный рев наполнил туннель таким ужасающим шумом, что по сравнению с ним прошлые звуки казались слабым бормотанием.
Часовой выкрикнул проклятье.
— Нападение кого-то из твоих проклятых соотечественников, Ул! — прохрипел он.
Но Хэм-хоку Пайни пришла в голову другая идея.
— Это призрак Дока Сэвиджа стреляет! — завопил он.
-------------------
Док Сэвидж. № 25. Глава 12. ЗОЛОТАЯ БОГИНЯ
