Талчёк в будующее!

В жанре космической научной фантастики царят погром и разорение. Научно-фантастическими признают тексты в лучшем случае так себе космооперные. Если очень задаться поисками достойных текстов, они начнутся и закончатся очень короткой подборкой рассказов Олега Дивова.

Это, на минуточку, тридцать пять лет российской фантастике стукнуло. Хотелось бы уже и увидеть полноразмерную космическую фантастику на современной научной картине мира. А вот хрен! От-сут-ству-ет! Что же с этим делать, и кто виноват?

Поиск виноватых

Можно дежурно пообвинять братьев Стругацких, главную родовую травму фантастики последних тридцати лет. Но они хотя бы писать умели. За поставленным редакторами и цензорами навыком советские писатели отлично маскировали космическое невежество в области даже самой базовой логики собственных фантастических допущений. У их безымянных подражателей и последышей и те и другие навыки и вовсе хромали на все шесть конечностей ракошакала-гнидовампироида марсианского псевдоразумного.

Депрессивный эгрегор русскоязычной «боевой и космической» фантастики породил зацикленную нисходящую спираль. Утрата компетенции приняла чудовищный размах. Без разницы в каком жанре — рассказа, повести, романа, компьютерной ролёвки, симулятора, квеста… Скучно и безблагодатно везде. На той стороне лингвистического барьера чутка получше, но в основном случайно и за счёт правила больших чисел. Ну и что же можно поделать с этим печальным катаклизмом, и можно ли что-то поделать вообще?

Популизм и практика

Ликвидация безграмотности — дело рук самих безграмотных. Лозунг на словах красивый, а на деле — наглая ложь. Успешность писателя в других жанрах тут скорее вредна. Месяцы вроде бы талантливой работы превращаются в очередной убогий клон фантастики 1960-х. Да, той самой фантастики, которую ещё живые Хайнлайн и другие мастера золотого века разочек-другой наизнанку при своей жизни вывернули.

С научной точки зрения подобные тексты даже у хороших писателей, уровня Сергея Лукьяненко, могут развлечь подсчётом критичных для сюжета научных ошибок — и больше ничем. У плохих, типа Вадима Панова, они просто совершенно провальные. Без самых базовых навыков работы с материалом научно-фантастического допущения авторы снова и снова пишут, ну, унылое космическое говно. С учётом того, что классика золотого века американской фантатики написана восемьдесят-шестьдесят лет назад — его и вторичным-то назвать уже вряд ли получится! Можно ли как-то исправить положение?

Таблетка от невежества

Суровая реальность этих наших 2020-х требует на пальцах объяснить писателю, что и как можно положить в основу научно-фантастического текста, чтобы произведение стало чем-то новым и увлекательным в пустой жанровой нише. Свищет вакуум космических пустошей за иллюминатором, поблёскивает облезлой краской на бампере электромобиль, играет музыка талантливого композитора Эннио Морриконе…

Что в этой картине можно и нужно сдать на свалку истории жанра? Как при этом остаться в границах космической научной фантастики, которые можно самостоятельно проверить на достоверность хотя бы в первом из приближений?

Горькая правда

Где-то с 1975 года представления о заселении космоса и доступном уровне жизни на собственных ресурсах поселенцев довольно сильно и довольно быстро менялись. В нашем тысячелетии многие теории подтвердила космическая спутниковая разведка и другие совершенно реальные исследования. Картина в текстах фантастов по нашу сторону лингвистического барьера все эти перемены слепо игнорировала. Справедливости ради, по любую другую — тоже, недавние голливудские и китайские нетленки имени Лю Цысиня делятся в основном на бред шизофренический и бред высокобюджетный.

Главный же парадокс в том, что современный научно-фантастический текст в целом давно обходится без какой-то прорывной новизны. Популярное изложение того, что в библиотеке научно-технической документации НАСА и её российских аналогах пишут регулярно, знают хорошо, много раз обсудили на тематических конференциях и уже целое поколение живут с этой научной правдой о космосе вокруг нас — более чем достаточно. Остаётся сущая мелочь — донести картину мира в головах учёных до массового писателя. Почему же с этим, простым вроде бы делом, всё так плохо?

Основа фантастического допущения

Авторский научно-фантастический космический сеттинг в рамках жанра формируют преимущественно запретами и ограничениями. Нижняя планка — то, что есть в железе, либо в теории может появиться. Верхняя — то, что с точки зрения современной науки остаётся достоверным и возможным до ввода автором волшебных технологий на движке сюжетного произвола. Ровно в известных уже сейчас границах применимости остаётся.

Всё остальное, утрируя, отвратительные халтура и дешёвка. Выкинуть их на свалку жанра из космической научной фантастики — наши святые долг и право! Неудобный же вопрос — а получится ли реализации этого права добиться при нашей жизни?

Временные ограничения

Занимательная футурология как авторское хобби в очень размытых пределах может охватить период времени хоть до тепловой смерти нашей галактики. Ей по силам и парочку решений столь глобальной проблемы читателю предложить. Я проверял, бгг. Но самое интересное, конечно же, происходит уже после убогих керогазов и единичных десятков человек на орбите. В период, когда сразу многие страны Земли шагнут к своим космическим городам и покорению ближнего космоса нашей звёздной системы. Человечество ожидают несколько веков, а то и тысячелетий, активных событий, роста и развития, ну и, разумеется, конфликтов.

Увы, своих своих писателей и шедевры жанр такой космической фантастики ещё только ждёт. Чего же требует от автора живая картина мира в рамках научных данных и прогнозов? Насколько она расходится с бытовым мифом о ней в головах читателей и писателей? Как сформировать и проверить набор сюжетообразующих допущений?

Футурологические ограничения

Реальность — лучшая фантастика. Перспективы освоения космоса находятся в разительном контрасте с тем, что поколения читателей десятилетиями видели на страницах книг, экранах телевизоров, кинолентах и компьютерных играх. Виноваты здесь классики золотой эры научной фантастики. Слишком увлекательно писали они в свои пятидесятые-шестидесятые годы двадцатого века то, чем халтурщики пользуются до сих пор. Даром, что семьдесят лет прошло с тех пор, когда эта фантастика ещё могла претендовать на звание научной.

Требование к авторскому исходному материалу простое и понятное: для начала работы нужно сформировать логистическую, экономическую и демографическую картину вероятного заселения космоса, связную и логичную внутри себя. Определиться с тем, как выглядят её ключевые элементы: адекватное освоение и внедрение космических ресурсов. Живая экономика космического пространства. Рабочая транспортная связность. Вероятный путь от ранних посёлков к самостоятельным космическим городам, а потом и государствам. Всем этим на основе современных научных данных уже можно удивить читателя. Какие тут ещё возражения?

Замечание скептика

Любой участник яростных дискуссий современной футурологии отлично знает провокационный тезис: любая работа на тему освоения космоса сохранит примерно столько же общего с жизнью на момент указанной в фантастическом произведении даты, сколько французские открытки начала XX века «жизнь в 2000 году» с реальным XXI веком, который окружал родителей современных молодых выпускников тем вечером, когда они решили сделать немножко детей. Поэтому, когда человек будущего отсмеётся, он, может быть, и согласится, что в главном фантазёр из прошлого немножечко прав. Но бессовестно хихикать продолжит.

Так вот, а должно ли это кого-то останавливать? Хрен там по лбу! Времена Жюля Верна давно прошли. «Фантастика» в стиле «Википедия заговорила!» сейчас бесполезна. Нудятина Кима Стэнли Робинсона, Питера Уоттса, Энди Вейра и безымянных русскоязычных подражателей тому свидетельством. Ибатуллина, Розова или ещё какого Горькавого назвать именно научными фантастами не получится и при всём желании. Поэтому, хотя мы и сохраним за скептиками право на их корректные замечания, стоит признать, что знакомый нам космос останется таковым на геологические эпохи. Всё, что можно достоверно посчитать сейчас — останется достоверным. Любая картина мира, которая экстраполирована из научного подсчёта, хотя бы и грубого, останется настолько же корректной, что и книга последних лет XIX века о полёте на Луну — при условии, что автор действительно посчитал главные параметры орбит космической ракеты и карту застройки окрестностей известных лун и астероидов космическими городами. Вселяет некоторый оптимизм, правда?

Замечание ролевика

Полвека жизни настольно-ролевого хобби в его привычном нам виде дали нам второй очень важный для работы факт: при написании сеттинга внутренняя связность модели имеет большее значение, чем проверенная наукой окончательная достоверность модели.

Знаменитый сеттинг Battletech о войнах тридцатых веков, которые идут с применением огромных боевых машин, в том числе антропоморфных, с точки зрения военной науки — полная чушь. Был чушью в год написания, остался чушью сейчас. Вдохновлялись авторы кривым пересказом аниме «Макросс». Они выкинули оттуда исходный гуманистический посыл о мягкой силе и насыпали вместо него техно-варварства и неофеодализма. Но даже так в игре про огромных боевых мехов взвод хороших танков или ударных вертолётов прекрасно «играет», а колёсная бронетехника, артиллерия и РСЗО с закрытых позиций и различная мотопехота способны регулярно и неприятно удивить даже стотонный штурмовой колосс. Ну да, часть дыр в механике игры закрыли на анекдотическом уровне «Потому что иди с этим неудобным вопросом нахрен, вот почему!» Но та же самая игровая модель достаточно подробна и точна, чтобы играть без противоречий и конфликтов правил — десятилетиями. Внятная система в основе сеттинга всегда позволяет дать большой запас жизнеспособности любой, даже самой шизофренической, фантастике. Какой отсюда следует вывод?

Научный фундамент

Научно-популярный базис можно растолковать на пальцах для каждого читателя. Наука о космосе и есть связная первичная основа фантастического допущения, которую можно посчитать с точностью до конкретного знака после запятой — и в рамках модели остаться правым навсегда. Полётные сроки. Доступные орбиты. Базовые рамки дохода и затрат жизнеспособной экономики. Потребности в товарообмене. Минимальное жизненное пространство и уровень комфорта. Векторы развития цивилизации.

Всё это — исчисляемые параметры. Всё это можно посчитать. Для всего этого хватает наших современных знаний. Большую часть формул и табличных величин человечество открыто сто лет назад и больше, в рабочих тетрадях гениев докосмической эпохи. Формулой ракетного полёта мудрого калужанина Циолковского могут пользоваться даже те, чьи знания о математике заканчиваются на понимании, что «логарифм натуральный» — это буковки ln на панели научного калькулятора. Насколько достаточным останется такой подсчёт?

Логистика космоса

Всё, от способов покинуть гравитационный колодец Земли до базовых перелётов орбита-орбита, находится в изрядном контрасте с фантастикой прошлого века. Научная картина достоверна, табличные параметры орбит, энергетическую цену и полётные сроки учёные впервые посчитали ещё в позапрошлом веке. С тех пор эти сведения в основном лишь уточняли.

Научная же картина мира формирует и жёсткие логистические рамки, но помещается в них удивительно много. Для простой модели «ближнего прицела» система Земли, Луны, точек Лагранжа и ближних околоземных тел — граница нижняя. Орбиты Марса и Цереры — граница верхняя. Формулы параметров авторской орбиты, цены и срока перелёта вполне оставляют место для нужд автора. Но эти же формулы резко меняют и статичный космооперный миф на динамическую научно-достоверную систему в основе космической фантастики. Почему именно динамическую?

Ракетный транспорт

Второй из трёх китов интересного авторского сеттинга. Космический транспорт находится в таком же разительном контрасте с бытовыми представлениями о космосе, что и любая другая научно-фантастическая деталь приемлемой достоверности.

Обзор строится от малого к большому. В основе лежат самоходные беспилотные контейнеры и ранние космические буксиры. За ними следуют модульные конструкции, лёгкие и тяжёлые. Проблема долговременной обитаемости космического транспорта находит своё решение в форме космических перелети-городов — циклеров на постоянных маршрутах. О них прекрасно знают учёные и космонавты. Самый известный циклер начал считать лично Базз Олдрин. Осталась сущая ерунда — дождаться когда хоть кто-то превратит этот космический транспорт в интересное место действия художественного произведения. Но про самый простой инструмент подобной трансформации вы уже и сами догадываетесь, правда?

Космическая война

Третий главный кит научно-достоверного космического сеттинга — военное дело. Главные ограничения тут — доступные космические двигатели и основные полётные задачи вероятной техники. Без их предварительного ввода и обсчёта работать попросту бессмысленно. На этих двух ограничениях, физическом и экономическом, растёт самый широкий ассортимент интересных для читателя игрушек:

Личное оружие и его проблемы в основных космических средах. Лёгкая полицейская бронетехника на улицах космических городов. Большая оружейная тройка — артиллерия, ракеты и лазеры. Проблемы ядерного оружия в космосе и основные практические решения. Тяжёлые дроны в космосе. Война городов-государств и прямая ракетная перестрелка «орбита-орбита». Читателя найдётся, чем удивить! А потом взять за руку и повести за собой немного дальше. Насколько можно затянуть эту прогулку в мир не слишком тёмного будущего?

Футурологический раздел

Для постройки интересного фантастического сеттинга нужно сформировать короткий набор авторских установок: Базовые принципы в основе космической экспансии. Интересы безопасности государств. Интересы частных предпринимателей. Интересы сектантов и фанатиков. Доступный манёвр за счёт коммерческих предложений. Тенденции к балканизации космоса и основной путь развития человеческих сообществ заселённой Солнечной. Ну и разумеется, порождённые этим всем гипотетические сюжетные конфликты!

Всё это, конечно же, вилами по воде писано. Это вам не техника, которую можно посчитать в границах применимости для полёта между парой тел в космосе на любую произвольную дату на тысячу лет в будущее. Но, вот честно, с каких пор современного писателя останавливает именно это, а не махровое невежество именно в технической части в основе гипотетического бестселлера?