Ольга Чудиновских, кандидат экономических наук, заведующая лабораторией демографии экономического факультета МГУ, впервые применила к российской статистике классификацию по классам допуска — как это уже десятилетиями делают в США, Канаде и Европе. Результат шокирует: 56% новых паспортов уходят по линии воссоединения семей — супругам, детям, родителям. И лишь 0,6% — высококвалифицированным специалистам, инвесторам, предпринимателям и выпускникам российских вузов.
Шесть десятых процента против пятидесяти шести. Пока государство утверждает одну концепцию миграционной политики за другой, обещая сделать страну магнитом для талантов, реальный учёт фиксирует паспортный конвейер для родственников. Как так вышло, почему это опасно и что делать — в эксклюзивном материале «Профиля», основанном на уникальном исследовании.
Россия — одна из немногих крупных экономик мира, где миграционная политика последние два десятилетия находится в центре острейших общественных дискуссий.
С одной стороны, страна испытывает острую потребность в притоке рабочей силы: население сокращается, рождаемость падает, трудоспособных граждан становится меньше с каждым годом. Демографическая яма 1990-х даёт о себе знать, и без миграционного прироста экономике просто нечем будет заполнять вакансии — от строителей и водителей до врачей и инженеров.
С другой стороны, миграция воспринимается значительной частью общества как источник угроз: культурные различия, нагрузка на социальную инфраструктуру, рост преступности, изменение этнического облика городов. В этом противоречивом контексте принимаются концепции, программы, законы. Но, как часто бывает, реальность оказывается гораздо сложнее и непригляднее любых политических деклараций. Долгое время мы не имели объективных данных о том, кто именно получает в России вид на жительство и гражданство.
Официальная статистика Росстата фиксирует миграционный прирост, но не отвечает на вопрос «по какому праву». Ведомственная отчётность МВД — это кладезь информации, но она представлена в форме, недоступной для обывателя и даже для большинства исследователей.
Ситуацию кардинально изменило исследование Ольги Чудиновских, которая не просто получила доступ к уникальным данным, но и создала инструмент для их осмысленного анализа. Чудиновских работает на экономическом факультете МГУ имени М. В. Ломоносова более десяти лет. За это время она накопила колоссальный опыт работы с формой 2-РД — это регламентная статистическая отчётность, которую МВД России разрабатывает с 2010 года. Там учтены буквально все решения о выдаче разрешений на временное проживание (РВП), видов на жительство (ВнЖ) и приёме в гражданство. Каждое решение имеет юридическую силу, каждая цифра проверена и заверена.
Это не опросы, не выборочные оценки, не экспертные предположения — это полный административный учёт. Но чтобы извлечь из этих таблиц смысл, нужно разобраться в хитросплетениях законодательства. В колонках отчёта — не «семья» и «работа», а ссылки на подпункты и пункты статей: «пп. 1 п. 2 ст. 8 Федерального закона № 115», «п. „в“ ст. 14 Федерального закона № 62». Расшифровка этих кодов требует серьёзной юридической подготовки. Например, подпункт 1 пункта 2 статьи 8 — это иностранцы, родившиеся на территории РСФСР и состоявшие в прошлом в гражданстве СССР. Подпункт 2 — дети до 18 лет, чьи родители имеют вид на жительство. Пункт «в» статьи 14 — родители совершеннолетних граждан России. И таких позиций — десятки, если не сотни.
Чудиновских взяла на себя титанический труд объединить их по логическому смыслу в пять укрупнённых классов, аналогично тому, как это давно делается в международной практике.
Вот эти классы.
Первый — «воссоединение семей». Сюда входят супруги, несовершеннолетние дети, родители, а также, в ряде случаев, братья, сёстры, бабушки, дедушки и другие родственники граждан России или обладателей вида на жительство. Это самый большой класс, и, как выяснилось, он же — самый проблемный.
Второй — «носители человеческого капитала». Это те, кого в идеале должна привлекать любая развитая страна: высококвалифицированные специалисты, IT-специалисты, инвесторы, индивидуальные предприниматели, выпускники российских вузов с отличием, победители конкурса «Россия — страна возможностей».
Третий класс — «этнокультурные связи» — участники Государственной программы переселения соотечественников и носители русского языка.
Четвёртый — «преференции по гражданству страны» — граждане отдельных государств, в основном стран СНГ, для которых установлены упрощённые процедуры. Сюда, например, входят казахи, молдаване, украинцы, которые могут получать российское гражданство по ускоренным схемам.
Пятый, самый маленький, — «урегулирование статуса» — лица, чьё гражданство было ранее прекращено или признано недействительным, и теперь они его восстанавливают.
Ольга Чудиновских, кандидат экономических наук, заведующая лабораторией демографии экономического факультета МГУ, впервые применила к российской статистике классификацию по классам допуска — как это уже десятилетиями делают в США, Канаде и Европе. Результат шокирует: 56% новых паспортов уходят по линии воссоединения семей — супругам, детям, родителям. И лишь 0,6% — высококвалифицированным специалистам, инвесторам, предпринимателям и выпускникам российских вузов.
Шесть десятых процента против пятидесяти шести. Пока государство утверждает одну концепцию миграционной политики за другой, обещая сделать страну магнитом для талантов, реальный учёт фиксирует паспортный конвейер для родственников. Как так вышло, почему это опасно и что делать — в эксклюзивном материале «Профиля», основанном на уникальном исследовании.
Россия — одна из немногих крупных экономик мира, где миграционная политика последние два десятилетия находится в центре острейших общественных дискуссий.
С одной стороны, страна испытывает острую потребность в притоке рабочей силы: население сокращается, рождаемость падает, трудоспособных граждан становится меньше с каждым годом. Демографическая яма 1990-х даёт о себе знать, и без миграционного прироста экономике просто нечем будет заполнять вакансии — от строителей и водителей до врачей и инженеров.
С другой стороны, миграция воспринимается значительной частью общества как источник угроз: культурные различия, нагрузка на социальную инфраструктуру, рост преступности, изменение этнического облика городов. В этом противоречивом контексте принимаются концепции, программы, законы. Но, как часто бывает, реальность оказывается гораздо сложнее и непригляднее любых политических деклараций. Долгое время мы не имели объективных данных о том, кто именно получает в России вид на жительство и гражданство.
Официальная статистика Росстата фиксирует миграционный прирост, но не отвечает на вопрос «по какому праву». Ведомственная отчётность МВД — это кладезь информации, но она представлена в форме, недоступной для обывателя и даже для большинства исследователей.
Ситуацию кардинально изменило исследование Ольги Чудиновских, которая не просто получила доступ к уникальным данным, но и создала инструмент для их осмысленного анализа. Чудиновских работает на экономическом факультете МГУ имени М. В. Ломоносова более десяти лет. За это время она накопила колоссальный опыт работы с формой 2-РД — это регламентная статистическая отчётность, которую МВД России разрабатывает с 2010 года. Там учтены буквально все решения о выдаче разрешений на временное проживание (РВП), видов на жительство (ВнЖ) и приёме в гражданство. Каждое решение имеет юридическую силу, каждая цифра проверена и заверена.
Это не опросы, не выборочные оценки, не экспертные предположения — это полный административный учёт. Но чтобы извлечь из этих таблиц смысл, нужно разобраться в хитросплетениях законодательства. В колонках отчёта — не «семья» и «работа», а ссылки на подпункты и пункты статей: «пп. 1 п. 2 ст. 8 Федерального закона № 115», «п. „в“ ст. 14 Федерального закона № 62». Расшифровка этих кодов требует серьёзной юридической подготовки. Например, подпункт 1 пункта 2 статьи 8 — это иностранцы, родившиеся на территории РСФСР и состоявшие в прошлом в гражданстве СССР. Подпункт 2 — дети до 18 лет, чьи родители имеют вид на жительство. Пункт «в» статьи 14 — родители совершеннолетних граждан России. И таких позиций — десятки, если не сотни.
Чудиновских взяла на себя титанический труд объединить их по логическому смыслу в пять укрупнённых классов, аналогично тому, как это давно делается в международной практике.
Вот эти классы.
Первый — «воссоединение семей». Сюда входят супруги, несовершеннолетние дети, родители, а также, в ряде случаев, братья, сёстры, бабушки, дедушки и другие родственники граждан России или обладателей вида на жительство. Это самый большой класс, и, как выяснилось, он же — самый проблемный.
Второй — «носители человеческого капитала». Это те, кого в идеале должна привлекать любая развитая страна: высококвалифицированные специалисты, IT-специалисты, инвесторы, индивидуальные предприниматели, выпускники российских вузов с отличием, победители конкурса «Россия — страна возможностей».
Третий класс — «этнокультурные связи» — участники Государственной программы переселения соотечественников и носители русского языка.
Четвёртый — «преференции по гражданству страны» — граждане отдельных государств, в основном стран СНГ, для которых установлены упрощённые процедуры. Сюда, например, входят казахи, молдаване, украинцы, которые могут получать российское гражданство по ускоренным схемам.
Пятый, самый маленький, — «урегулирование статуса» — лица, чьё гражданство было ранее прекращено или признано недействительным, и теперь они его восстанавливают.
