Прогноз развития ирано-израильского конфликта

Для того чтобы говорить о будущем, сначала необходимо оценить позиции сторон после «12-дневного» эпизода ирано-израильской войны.

Несомненно, Иран понес значительные потери как в плане армейского руководства, КСИР, ученых-ядерщиков, так и в чисто материальном плане.

Однако нужно учитывать, что Израиль готовил эту операцию несколько лет, если не десятилетий.

Теперь значительная часть оперативников раскрыта, на «шпионов Моссада» ведется активная охота даже на уровне местных общин, и действительно есть результаты, хотя теракты имеют место и по сей день. Однако повторить тот же успех израильской разведке уже невозможно.

Самое главное — режим аятолл укрепился, так как все, кто ранее говорил о том, что необходимо вести переговоры с Западом, ошибались. Консерваторы теперь открыто заявляют, что не зря всех предупреждали о том, что Запад держит нож за спиной, даже когда ведет переговоры, и теперь с этим крайне трудно спорить. Любого, кто высказывается против аятолл, сейчас легко ассоциировать с Израилем, который требовал смены режима.

Да, Израиль уничтожил иранские заводы по первичному обогащению урана, однако никто не может достоверно сказать, что иранская ядерная программа уничтожена, это признает даже разведка США. Про ракетную программу Ирана предпочитают отмалчиваться, так как понятно, что она существенно не пострадала.

Израиль хоть и продемонстрировал свою изобретательность и мощь, но всем стало очевидно, что «Железный купол» имеет серьезную уязвимость — при многодневных атаках баллистическими ракетами идет резкое падение его эффективности, против гиперзвуковых ракет он практически бесполезен.

США расстреляли 15–20% своего мирового запаса противоракет к комплексу THAAD всего за 11 дней обороны Израиля, расходы примерно в $1,215 млрд.

Общий ущерб Израиля от иранских ударов был оценен в $3 млрд, но главная потеря — это НПЗ в Хайфе — на 9,8 млн тонн сырой нефти в год, который полностью остановил работу после попадания иранской ракеты. Второй и последний НПЗ в Ашдоде — на 4 млн тонн сырой нефти в год, не смог бы полноценно обеспечивать страну бензином и дизелем.

Вполне очевидно, что Израиль не готовился к долгой ракетной войне с Ираном, и даже полное превосходство в воздухе в первые дни не дало необходимого эффекта для обеспечения безопасности своей страны. Кроме того, на последние 4 дня «12-дневной» войны приходится основная масса потерь ударных израильских БПЛА «Гермес». Это значит, что у Ирана стали появляться дополнительные системы ПВО, вероятно, из Пакистана, и, возможно, в скором времени Израиль вообще утратит превосходство в воздухе.

Отдельно стоит отметить, что мы не видели 4 Су-35, проданных Россией Ирану в 2023 году, Израиль тоже не отчитывался об их уничтожении.

В Израиле прекрасно понимают, что цели по Ирану не достигнуты. Начальник Генштаба ЦАХАЛ Замир, оценивая ситуацию с членами Генерального штаба, сразу после вступления в силу соглашения о прекращении огня с Ираном заявил: «Мы находимся после завершения важной главы, но кампания против Ирана не завершена. Мы переходим к новой главе, которая основана на достижениях в текущей кампании. Мы отбросили ядерный проект Ирана на много лет назад, как и его ракетный проект. Несмотря на феноменальное достижение, мы должны оставаться на чеку.»

Министр национальной безопасности Израиля Итамар Бен-Гвир заявил: «Я бы не сказал, что мы закончили с Ираном и что ядерный проект разрушен».

Как бы Дональд Трамп ни хотел получить «быструю победу» над Ираном, её у него украл «deep state» утечкой из разведывательного сообщества о том, что иранская военная программа не уничтожена.

Вариант, где все стороны победили, его не устраивает, поэтому после обращения аятоллы Хаменеи с поздравлениями к иранскому народу Трамп в своей социальной сети написал, что это чушь, что это он спас Хаменеи от позорной смерти и что это ему нужно говорить спасибо. Поэтому он прекращает снятие санкций с Ирана и «многое другое».

Глава МИД Ирана ответил, что к верховному лидеру Ирана нужно относиться с уважением, в противном случае «Иран, не колеблясь, раскроет свои реальные возможности, что, безусловно, положит конец любым заблуждениям о силе Ирана».

Таким образом, стороны быстро вернулись к конфронтационной позиции.

Вопрос не в том, возобновится ли конфликт, а в том, когда это произойдет.

Основные события должны развернуться в 2026 году, об этом будет ниже, но в 2025 году стоит ожидать вспышки или вспышек обострений, благодаря которым мир не успеет забыть о существовании этого конфликта.

«Deep state» уже взял Трампа на крючок этой войны, и ему уже не отсидеться в стороне в случае начала нового обострения.

На мой взгляд, самым логичным временем для полноценного возобновления конфликта является первая половина 2026 года. Каков будет формальный повод, спрогнозировать очень сложно. Например, 25 июня Tehran Times сообщало, что Израиль намеревался взорвать бомбу на территории США и обвинить Иран с помощью подброшенных улик. Иранцы якобы узнали о готовящейся провокации и предупредили американцев. Есть еще множество вариантов для провокации войны.

Ирано-израильский конфликт, в первой половине 2026 года, позволяет стимулировать полноценный мировой кризис, который первично будет связан с резким ростом цен на нефть. Затем волатильность на рынках потащит за собой в кризис все остальное.

Сегодняшние пики на фондовом рынке США не должны вводить в заблуждение, система на грани. В США продажи жилья находятся на историческом минимуме с 2009 года, поскольку экономическая неопределенность и высокие ставки по ипотечным кредитам сдерживают покупки. Точно также, как после экономического кризиса 2007–2008 годов, но поводов для улучшения ситуации нет.

Заход в мировой кризис через войну позволяет смазать все ошибки экономической политики, проводимой в США, и сдуть «пузырь на рынках», как это было 11.09.2001 года.

Начало этих событий в первой половине 2026 года позволит полноценно развернуться кризису во второй половине 2026 года, под довыборы в Конгресс США, что будет подыгрывать Демократической партии.

Обращаю внимание, что существенный рост цен на нефть — это одно из главных условий разворачивающихся событий. Напомню, что в ожидании и в процессе «12-дневной» войны нефть выросла в среднем на $10 — это около 17%, что является не особо критичными колебаниями.

Да, вероятно, Иран опять понесёт существенный ущерб, и он будет значительно больше, чем в «12-дневной» войне, но Иран вновь выстоит как страна, так как наземная операция против Ирана слишком маловероятна.

Я сейчас не буду уходить в конспирологию и говорить об этом конфликте как о начале Третьей мировой войны, так как подхожу к вопросам прогнозирования со всей ответственностью.

Однако действительно существуют шансы на то, что ирано-израильский конфликт перерастет в полноценную войну на Ближнем Востоке, с деградацией монархий Залива, и она синхронизируется с индо-пакистанским конфликтом в 2026–2028 годах, куда может подключиться и Китай.

Что касается России, то прогнозируемые события простимулируют окончание конфликта на Украине, так как основное внимание мира будет направлено на Ближний Восток, а высокие цены на нефть помогут российской экономике. Россия не будет напрямую воевать на стороне Ирана.