AAFHS-092. РАЗВИТИЕ НОЧНЫХ ОПЕРАЦИЙ ВВС 1941–1952. (Часть 6.9)

[страница 222]

[Третья попытка использовать B-29 против транспортных целей включала в себя сброс одним бомбардировщиком сигнальных ракет для освещения цели для других. «Бомбардировщикам необходимо было лететь выше самолета, сбрасывающего сигнальные ракеты, чтобы избежать попадания в них ракет, которые отклонялись от траектории падения ["avoid being hit with flares that developed malfunctions"]. Этот метод применялся широко и с неплохими результатами. Однако экипажи не сочли ее эффективность достаточной». На самом деле, главные проблемы этих миссий, по-видимому, заключалась, во-первых, в том, что бомбардировщики пытались бомбить синхронно со сбросом подсветки сигнальными ракетами, и, во-вторых, в чрезмерном количестве отказов сигнальных ракет M-26. {56}

Тем временем, конечно, B-26 Пятой Воздушной Армии продолжали свои рейдерские вылеты. К концу сентября было найдена эффективная комбинация средств подсветки и атаки. Это включало в себя подсветку цели самолетом B-29 с сигнальными ракетами и атаку на цель самолетом B-26:{57}

B-26 разведывал цели, в то время как B-29 крутился вокруг известной точки. Когда цель была обнаружена, B-29 получал уведомление, и сбрасывались сигнальные ракеты. Результаты таких миссий были впечатляющими и весьма успешными почти с самого начала. Пилоты B-26 и B-29 были очень воодушевлены своими достижениями. B-29 с сигнальными ракетами имели преимущество в большом боекомплекте ракет, большой дальности полета и продолжительности полета. B-26 обладали огневой мощью и маневренностью, которой не хватало B-29 на малой высоте.

Если не считать оценки сильно заниженными, результаты этих совместных миссий были хорошими. Количество уничтоженных и поврежденных транспортных средств было большим, также страдал подвижной состав. В ночь на 22 сентября были атакованы три движущихся поезда, и все они получили серьезные повреждения. «Один поезд продолжал взрываться еще 25 минут после атаки», — сообщил экипаж B-29, обеспечивавший освещение. {58}

Неисправности сигнальных ракет были постоянными препятствиями на пути к успешному выполнению миссий.

[страница 223]

[В ночь на 29 сентября три бомбардировщика B-29, запланированные на миссии с использованием сигнальных ракет, в сочетании с ночным подавлением самолетами B-26 столкнулись с теми же проблемами с многочисленными сигнальных ракет, что и в предыдущих миссиях этого типа — они срабатывали слишком рано, слишком поздно или не срабатывали вовсе.] Сигнальная ракета M-26 была ненадежной и во время Второй мировой войны; теперь, после пяти лет хранения, ее эффективность снизилась . Для обеспечения срабатывания было рекомендовано сбрасывать не менее 12 ракет за раз. 98-я группа увеличила вероятность срабатывания с 55 до 80 процентов, добавив 70 гран черного пороха во взрыватель в качестве усилителя ["70 grains of black powder to the fuze as a booster"], но, хотя это и улучшило срабатывание, опасность преждевременного срабатывания для самолета стала еще более серьезной. {59}

Преждевременное воспламенение и опасность застревания сброшенной сигнальной ракеты среди проводов взведения ["arming wires"], оставшихся в бомбовом отсеке B-29, побудили Бомбардировочное Командование 1 октября направить сообщение Дальневосточной Воздушной Армии «информируя штаб о нашем намерении отменить все миссии с использованием сигнальных ракет, за исключением тех, для которых будут использоваться британские ракеты». В Дальневосточной Воздушной Армии согласились, и 3 октября миссии с использованием сигнальных ракет на B-29 были официально ограничены наличных ракет Mark III.

Однако британские ракеты также оказались неудовлетворительными; при использовании в миссии в ночь на 5 октября они оказались «либо с неправильной установкой взрывателя, либо… низкого качества». Экипажи утверждают, что не более 50 процентов сгорели должным образом, а шесть кластеров не загорелись до того, как упали на землю. В конце концов, флотская сигнальная ракета М-6 оказалась надежным источником подсветки, но во второй половине октября ни одной миссии с использованием сигнальных ракет не было, и B-29 совершили лишь несколько таких полетов в течение первых двух лет войны. {60}

[страница 224]

[Тем временем, помимо основных миссий по рейдерству, описанных выше], бомбардировщики B-29 сбрасывали бомбы замедленного действия вдоль известных коммуникационных маршрутов в конце дня. Оба этих вылета, а также все ночные тактические операции B-29, за исключением сброса сигнальных ракет, были прекращены 3 октября «из-за относительной неэффективности». {61} Возможно, это действие было слишком поспешным. Вполне вероятно, что Бомбардировочное Командование недооценило негативное влияние этих операций на свободу передвижения противника: {62}

Хотя было поражено и уничтожено лишь несколько реальных целей, постоянное присутствие самолетов над головой, указывающее на возможность неминуемой атаки, а также тревога и неопределенность, вызванные неожиданными взрывами бомб в течение ночи, вызвали у противника такое состояние тревоги, что он стал все более неохотно путешествовать или работать даже в относительной безопасности… темноты. Психологическое воздействие ночных бомбардировщиков на противника неоднократно подтверждалось свидетельствами военнопленных, и есть все основания полагать, что усилия по ночным бомбардировкам с использованием B-29 следовало бы усилить, задействовав все свободные самолеты для таких миссий, вместо того, чтобы, по сути, прекратить программу. B-29 идеально подходит для таких миссий. ... B-29 был способен длительное время находиться над обширными территориями противника, неся огромный груз бомб, которые сбрасывались с интервалами в районах, где ожидалось присутствие противника. Точность имеет мало значения; бомбардировка порождает страх, и страх делает свою работу.

Справедливо будет отметить, что когда рейдерство B-29 закончились, целей стало мало. Организованное сопротивление Северной Кореи наступлению Организации Объединенных Наций распадалось, а китайские силы, вмешавшиеся в ситуацию, еще не появились в полном составе. Действительно, экипажи B-29 отмечали нехватку целей еще до конца сентября. {63}

В 1950 году лёгкие бомбардировщики не полностью зависели от сигнальных ракет, сбрасываемых B-29, для своих атак. Напротив, транспортные средства с включенными фарами могли быть подвергнуты бомбардировке без освещения и даже обстрелу с воздуха, если местность не была слишком [пересеченной].

[страница 225]

При необходимости B-26 могли обеспечивать освещение самостоятельно. На заранее определенной цели один B-26 мог сбросить сигнальные ракеты, чтобы осветить точку прицеливания для последующих атакующих, и это давало хорошие результаты. Однако и при наличии благоприятных возможностей эта система работала не слишком хорошо. Проблема заключалась в том, что машине [k4: здесь применено "ship"] с сигнальными ракетами требовалось слишком много времени, чтобы достичь цели после вызова. Кроме того, слишком часто случалось, что экипаж машины с сигнальными ракетами не мог увидеть цель, которую он должен был осветить. Один B-26, несущий собственные сигнальные ракеты, мог хорошо работать по небольшим целям, таких как колонны из шести или менее транспортных средств. Опытный пилот мог совершить два захода при свете одной сигнальной ракеты. Однако ни один из этих методов, похоже, не был столь же эффективен, как комбинация B-29 и B-26. {64}

После прекращения рейдерства B-29 162-я разведывательная эскадрилья также сотрудничала с оснащенными радарами морскими истребителями «Корсар». «Корсары» следовали за RB-26 с помощью своих радаров и атаковали, когда бывала сброшена сигнальная ракета. Во время отступления северокорейских войск не оказалось достаточно целей, чтобы дать этому методу справедливую оценку. {65}

Результаты рейдерства были хорошими на первом этапе войны в Корее, хотя тактика была примитивной по сравнению с той, которая была разработана позже. Следует, однако, отметить, что атаки на стационарные цели, такие как переправы через реки, были более успешными, чем атаки на цели, появляющиеся по случаю. 68-я истребительная эскадрилья авиакрыла считала вооруженную разведку малоуспешной.

ПРИМЕЧАНИЯ:

56. Ibid.; Hist. 98th Bomb. Gp., Sept. 1950.

57. Hist. 98th Bomb. Gp., Sept. 1950.

58. Final Mission Summary, FEAF BC, 22 Sept. 1950.

59. Final Mission Summary, FEAF BC, 25, 29 Sept. 1950; Hist. 98th Bomb Gp., Sept. 1950.

60. Final Mission Summary, FEAF BC, 1, 5 Oct. 1950; Operations and Tactics in the Korean Campaign, 165.

61. Hist., FEAF, June - Dec. 1950, I, 69.

62. Operations and Tactics in the Korean Campaign, 65.

63. (Final Mission Summary, FEAF BC, 30 Sept. 1950.

64. Hist. 5th AF, June - Oct. 1950, II, 280-82; Operations and Tactics in the Korean Campaign, 51.

65. Operations in the Korean Conflict, 193.