Писатель-журналист, или два разных подхода…
Клиффорд Саймак был журналистом. Несмотря на то, что я не особо люблю его творчество, я немало про него читал. Итак, он работал в газете «Minneapolis Star and Tribune», которая находилась в городе Миннеаполис, с 1939-го по 1976-й годы. Был он и просто журналистом и редактором отдела новостей и координатором научно-популярной серии «Minneapolis Tribune». То есть, можно сказать, что в этом деле, человек не только пробыл довольно долго, но и знал в этом толк. Вполне себе может быть, что это наложило на него свой отпечаток — я про то, что люди в его произведениях, зачастую показаны… не с самой лучшей стороны.
С другой стороны — Олег Игоревич Дивов. Он учился на журналиста-международника. Работал по специальности во время учёбы. Из института был отчислен, но работал довольно долго. В газете, например, работал в отделе по всякой «паранормальщине», но писал только о тех случаях, когда ему предоставляли хоть какие-то доказательства того, что «это на самом деле было». Собственно, Олег Игоревич занимался и рекламой, и иными вопросами, но журналистика всё равно, хоть как-то, но относилась к его работе.
Кстати, он был и в армии — думаю, что об этом многие почитатели его таланта знают достаточно хорошо — он описал это в «Оружии возмездия». Служил он в артиллерии большой мощности, и, по его словам (хотя, это уже давно было), и сейчас может зарядить «Тюльпан» и выстрелить из него «куда-то туда».
То есть, есть два писателя, которые занимались журналистикой, и которые потом писали книги. Только вот, получились у них произведения совершенно разные.
Например, у Олега Дивова есть несколько произведений про «лихие 90-е». Это трилогия «След зомби», в частности. Если разбирать книгу «Мастер собак», то атмосфера именно конца СССР ощущается там очень и очень хорошо. Даже не конца СССР, а, скорее уже, той «новой России», когда на улицах порой творился полный беспредел. Потому что «конец СССР» был описан в «Стальном сердце», когда некие «силовики», используя «оружие на новых физических законах», решили всю Москву (а потом и всю страну) взять под полный контроль. И, не сказать, чтобы «помыслы их были благородны» — просто они хотели «абсолютной власти»… Ну, а Тим Костенко всё это «распутал» и уничтожил. Ну и кучу народу положил, заодно. Да и в «Мастере собак», тоже творилось немало… нехорошего. Но! Можно ли сказать, что это «злые» произведения? Можно ли сказать, что «автор ненавидит людей»? Вот честно — не заметил. Если бы ненавидел — например, можно было бы предположить, что Виктор («Мастер собак»), просто собрал бы всех товарищей и их «пёселей» и просто свалил бы из Москвы — туда, где нет всей этой чертовщины. А он что сделал? А он просто повёл их на штурм Института, где стояла установка, чтобы прекратить весь тот беспредел, который там творился. И назад не вернулся никто. То есть — герой пожертвовал собой и своими товарищами ради всех. Можно ли сказать, что он — злой человек? Ответ, наверное, понятен и так, да?
Тим Костенко, главный герой второго романа, «Стальное сердце». Появляется в первой и третьей книгах. Говорит постоянно, что он уже и не человек. Живёт на другой планете, является каким-то повелителем целой империи. Тем не менее — помог спасти Виктора в первой книге, разрулил конфликт в третьей. Спас почти всех людей во второй книге. Хотя — если разобраться, то он далеко не самый приятный человек. Книга «Стальное сердце» это показывает очень и очень хорошо. Но опять же — Костенко пошёл разбираться с «Конторой». Да, они начали лезть в его жизнь, начали внушать всякие нехорошие вещи (это не надо пересказывать, про это надо читать!), но, опять же, Костенко пошёл ещё и потому, что «они» хотели потом, после Москвы, замахнуться и на весь мир. При этом, даже не понимали, что применение этой техники может привести к таким последствиям, что мало не покажется никому.
И вот, для начала, простой вопрос. Почему то, что я прочитал у Дивова, мне понравилось, а то, что я прочитал у Саймака — нет? При этом, я не скажу, что мне понравились герои трилогии «След зомби» — Виктор («Мастер собак») — сам по себе, очень жестокий человек, способный сделать гадость даже любимой женщине, Тимофей, фактически, своими руками убил своего отца — сначала, желая сделать его более человечным, лишил защиты (потом его взяли под контроль), а потом просто довёл до самоубийства. А Игорь из «Братьев по разуму», хоть и хороший, в общих чертах, парень… Но просто «раздолбай» высшей степени… Но — все эти люди, стараются сделать что-то хорошее. И даже делают. А про героев Саймака я писал. Почти все, кто мне встречался (повторю — может, мне попались только не самые удачные его произведения!) — были такими «не такими, как все, они, что называется, „противопоставляли себя обществу“ и в той или иной степени боролись с ним. В самом деле — Блейн, из „Что может быть проще времени?“. Он „сверхчеловек“, он „путешествует в иные миры“, прихватывая оттуда что-то, что может пригодиться на Земле. Естественно, что общество ненавидит таких, как он, устраивает разного рода „охоту на ведьм“ и делает тому подобные вещи. И, автор описывает это „общество“ максимально неприятно. Если верить ему, то все люди, у которых нет способностей — такие, стереотипные „тупые крестьяне“, готовые сжечь любого, кто отличается от них. Тут можно вспомнить сцену в городке, где Блейна арестовали и эпизод с водителем фургона, который стрелял в левитантов серебряной картечью. И если это не показатель авторского отношения к людям, то я даже не и знаю…
Далее — оба автора, вроде как, собак любили. Ну, что у Дивова собаки были, я знаю точно. И про кавказских овчарок он писал очень хорошо. Собственно, у него собаки были много, где, и не только собаки. И собаки, и кошки, и лошадки были в разных произведениях. И читать про них было приятно. Повторю, я не собачник, я больше котиков люблю. Тем не менее, в «Мастере собак», кавказские овчарки были описаны очень хорошо и интересно. Завести такое дело, понятно, я не хотел бы, но посмотреть на такую собачку — с удовольствием. Или, у Олега Дивова есть повесть, «К-10», про кошек. Так вот, Катя, роскошная такая… дама (просто кошкой ЭТО назвать просто не получается) — была так хорошо описана, что, если бы я не любил кошек к тому времени — я полюбил бы их всей душой. И потом, когда она погибла (убили кису!), я плакал! И сейчас — я вспомнил этот момент, и глаза на мокром месте. Понимаете? Олег Дивов смог написать так, что за кошку переживаешь больше, чем за кого-то из людей! А что Саймак?
А Клиффорд Саймак написал нам про «Псов». Именно так, с заглавной буквы, так как они, вроде как «цивилизацию» создали. Правда, про эту цивилизацию известно чуть более, чем ничего, только в виде предисловия перед каждым рассказом в романе «Город» сказано, что «исследователь такой-то» из Псов изучил то, изучил это. Известно только то, что эта «цивилизация» была настолько сумбурной, что «пёсели» даже не могли страницы книг переворачивать. Просто какой-то «учёный» сделал их «разумными» и дал возможность разговаривать. А то, что цивилизация обычно строится, хотя бы на наличии конечностей, при помощи которых можно что-то делать, выполнять какую-то работу — и ещё на сотне-другой факторов, наверное, это неважно. И тут эффект от описания этой «цивилизации», на самом деле, прямо противоположный. Я не собачник, как я писал — но после прочтения этого… на собак даже смотреть как-то неприятно было. Интересный эффект, как мне кажется.
Если же говорить об иных произведениях Саймака и Дивова — Дивов, однозначно, «зашёл» мне больше. Может быть, дело в том, что он писал о вещах, которые мне проще было представить? Например, принцип действия того же «СБК-100», он же «Пол Атридес», он же «Наш Махди», или «Тушканчик», мне представить проще, чем то, что из себя представляла «Прелесть». И приключения (или, скорее, злоключения) героев «Лучшего экипажа Солнечной», мне были ближе и роднее, чем то, что случилось с героями «Прелести». Например, капитана Линду Стенфилд, мне было жалко. Блин, да мне даже Маргрет фон Фальцфейн жалко было, хоть она и «съехала с катушек»! И то, что Ива ребёнка потеряла — тоже жалко… А вот герои «Прелести» у меня эмоционального отклика почему-то не вызвали…
Так что, если я говорю, что мне творчество Олега Дивова ближе, значит, так оно и есть.
