«Коммунизм по Головачёву», или мир, в котором хотелось бы жить

Итак, я писал о том, что в мире, где разворачиваются события ранних книг Василия Головачёва, царит коммунизм. Такой коммунизм, в котором, на самом деле, хотелось бы жить. Правильный коммунизм, в отличие от того, что описал Ефремов. Собственно, об отличиях Ефремова, я напишу чуть позже, а пока — только факты.

Начать с того, что здесь нет такого, что весь мир населён «Иванами, родства не помнящими». То есть, вот идёт, например, русский парень Игнат Ромашин, он работает рядом с Яном Лапаррой, к ним запросто прибывают в гости американцы из «Аида», а азиат Зо Ли рассказывает о том, что узнал о «джинне». И вот это — это на самом деле, здорово. Потому что неважно, кто ты и откуда. Ты — нормальный человек и нормально работаешь на благо всей планеты. На самом деле, читая такие вот вещи, я грезил о чём-то подобном. Потому что в этом мире нет такого, что «русские хорошие, а американцы плохие». Или «русский и китаец братья навек, а злобные британцы вынашивают планы по захвату всего мира». Потому что на Земле мир, все пришли (мирным путём, как я понял) к тому, что при коммунизме жить — самое оно. И это, в какой-то степени, развитие идей, которые были ещё у Сергея Павлова в его «Лунной Радуге». Вспомните — русские, американцы, французы и кто-то там ещё, работают вместе, летают на одних кораблях, нормально взаимодействуют, и нет никакой вражды между ними! И, наверное, все адекватные люди согласятся, что это здорово и прекрасно!

Далее — здесь есть рациональный компромисс между «вещизмом», о котором говорят сейчас все и «бессеребренничеством», которое описал Ефремов. Напомню, что у человека в мире Ефремова нет ничего своего. Я понимаю, что с точки зрения самого Ивана Антоновича, это было нормально. Он вырос в детдоме, у него как раз ничего своего и не было. Потому и писал про мир, в котором у людей ничего не было. А у Головачёва — люди живут так, что у них есть разумный минимум своего. Квартира — своя, а не «сегодня живу тут — завтра на другом конце „шарика“. Какие-то ещё вещи, вроде того, что на самом деле нужно. А вот личного транспорта нет. И — это правильно обосновано сюжетом. Потому что добраться хоть на другой конец Земли ты запросто можешь по ТФ (тайм-фаг, система мгновенного перемещения), а на более близкие расстояния — есть нормально работающий общественный транспорт. И пройти потом от остановки до того места, куда тебе нужно — максимум, несколько метров! Разве это не здорово? Тут я приведу пример из жизни. Я — автомобилист. У меня „Шнива“, на которой я, смею надеяться, неплохо езжу. Казалось бы, я должен „топить“ за личные авто, верно? На самом деле — я сел за руль не от хорошей жизни, а потому что до работы добираться далеко, ближайшая к дому остановка — в полутора километрах, а общественный транспорт в городе нормально обслуживает далеко не все районы города. И, если надеяться на него — до работы добираться час-полтора, а на машине — около четверти часа. Разница, как мне кажется, очевидна… А то, что я ещё и на природу стараюсь выбираться, хотя бы летом… Ну, должно же наличие авто приносить хоть какой-то позитив, верно? Не всё же на работу и обратно, кататься?

Так что — и тут мир, что был описан Головачёвым в ранних книгах, просто прекрасен. Там на самом деле, хочется жить. Вот ещё один пример оттуда. Торжок — сейчас он известен, как «город вертолётчиков» (как и Сызрань), а в «Спящем джинне» — это город-музей. Вообще, ходить по интересным музеям — это круто и здорово. Я только в Кубинке два раза был, и хотел бы побывать ещё, но теперь это очень и очень сложно. Например, чтобы попасть в Верхнюю Пышму, про которую мне много говорили, пока я служил, да и сам я про этот музей немало читал, мне надо добраться до Свердловска (простите, но мне это писать проще, чем Екатеринбург), и оттуда на «Ласточке» уже, до Верхней Пышмы. От Пензы — далековато выходит, в том числе и по деньгам «грустно». А в мире Головачёва, я мог бы после работы, при помощи ТФ, оказаться там, погулять по выбранной мной заранее экспозиции, вечером вернуться домой, и на следующий день, например, посмотреть там же, что-то ещё… Удобно, как мне кажется. И люди в том мире, что интересно, так и делают!

На Земле — мир. И мир этот получился не в результате «большой войны», как у Ефремова, что на самом деле — очень здорово. Это показывает то, что люди оказались умнее, смогли решить свои проблемы сами, не прибегая к стрельбе и тому подобным вещам. Вот тут, уж простите, я просто не могу не бросить камень в огород Ивана Антоновича. У него прямо не говорится (хотя я могу ошибаться за давностью лет), но косвенно упоминается, что было что-то нехорошее. Кроме того, в «Туманности Андромеды» прямо сказано, что Земле не особенно много людей живёт. Так что — можно предположить, что была большая война, возможно, ядерная, которая унесла большую часть населения Земли. Чтобы выжить, людям пришлось отказаться от многих вещей, например, от национальной идентичности и тому подобных вещей. Почти полное смешение рас и всего остального. По Ефремову, скорее всего, без этого было уже не выжить. Хорошо это, или плохо? Ему, на самом деле, было виднее, но вот, решить вопросы без того, чтобы попробовать уничтожить друг друга — это гораздо интереснее и круче, уж простите…

И ещё — мир Головачёва, вовсе не «стерилен». То есть, в нём встречаются «не самые хорошие люди». Не бандиты и прочее, но люди, в которых есть «слабинка», «червоточина», или что-то такое. О, они точно так же, могут работать на благо Человечества, они могут делать что-то хорошее, и всё такое прочее, но в них будет такая… «гнильца». И, как только случится что-то экстраординарное, это и вылезет наружу. Тут можно вспомнить тот же «Консервный нож». Был ли Мухаммед бин Салих, пограничник, плохим человеком изначально? Конечно же, нет. Он работал, был на хорошем счету, его уважали и ценили. Но вот, чего-то ему не хватало в жизни. Амбиции, личная неудовлетворённость, всё такое. И на него вышел «эмиссар» «чужих». Посулил некие «блага», на что Салих согласился. И, как говорится, «пошло-поехало», он и другие, такие же, как и он, начали работать на «чужих», стали вредить своим. Это, кстати, очень грустно и печально, но это довольно интересно прописано, как мне кажется. И это, совершенно точно, интереснее, чем «остров, на котором живут изгои»…

А вот мир Ефремова, увы, получился именно что «стерильным». Про это не только я писал, и ещё раз поднимать эту тему, мне уже просто не хочется. Ну, нет там «жизни». Нет таких людей, которых, образно выражаясь, можно встретить в родном городе, или в другом городе. А то, что «это, типа, люди далёкого будущего, и нам их не понять» — это, простите, просто отговорка. Просто Ефремов не ставил своей целью показать интересных и живых людей, он показывал своё видение будущего. Только вот, вышло оно довольно мрачным, уж простите…

И вот, после того, как я описал этот интересный мир, я скажу, что сам же автор и убил его. Убил тем, что полностью переписал его в поздних произведениях. Как я писал в прошлой статье, скорее всего, причиной тому стали «лихие 90-е», когда не было ничего хорошего, когда были бандиты и тому подобные вещи. К примеру, в мире «Консервного ножа», «Спящего джинна», «Чужих» и других произведений, не было возможно появление бандитов, какие были в «Кладбище джиннов». Не было там и «частных кораблей» и тому подобных вещей. И стрельбы налево-направо, тоже не было бы. Потому что — это не так-то просто, заставить себя выстрелить в человека. Даже, если этот человек уже начал стрелять по тебе. А на Земле, мир, если что, откуда герои могли научиться стрелять в людей? В кого они стреляли? Хороший вопрос, как мне кажется. Так что, автор, разуверившись в коммунизме, разуверившись в людях, начал «выдавать на-гора» то, что, как ему казалось, от него хотели читатели и издатели. Ну и всё, того прекрасного мира, больше не стало. И это грустно, знаете ли…