Полански и Коэны спорят о раскадровках
Если Коппола считает, что настоящий автор пишет сценарий для своих фильмов сам, то Роман Полански писать не любил настолько, что формально даже не закончил киношколу в Лодзи — кроме фильма в конце обучения надо было написать ещё дипломную работу. Как и Кубрик, он предпочитал брать литературную первооснову и вокруг неё уже строить сюжет, порой сильно изменяя его. При этом обоих трудно обвинить в отсутствии авторского стиля — напротив, это режиссёры с одной из самых ярких индивидуальностей в кинематографе.
«Я не пишу сценарии, потому что мне лень. С какого-то момента я просто больше не хотел сидеть и страдать, потому что писать для меня — это мучение. В отличие от работы на площадке, где я счастлив и чувствую себя очень комфортно. Я не писатель и всегда заставлял себя это делать. Даже для моих первых фильмов в киношколе, даже для своего полнометражного дебюта „Нож в воде“».
Разумеется, почти любой режиссёр правит сценарий под себя, порой меняя его до неузнаваемости, но это ближе к редакторской работе, чем к писательской. Схожую роль, совмещая её и с заказчиком, Полански выполнял, работая в соавторстве. Лучшим своим сценарием, написанным, впрочем, тоже в соавторстве, Роман называл несостоявшуюся адаптацию «Мастера и Маргариты». Как и Данелия, он долго вынашивал план экранизации романа Булгакова, но в какой-то момент, после того как фильм так и не удалось запустить, он полностью отказался от этой затеи.
«Сценарий фильма требует жесткой, экономичной конструкции. Уже то, что написано в книге, предполагает, что получится очень длинный фильм. И мне кажется, что сцены, которые иногда кажутся очевидными, не сильно влияют на сюжет в целом. Я не думаю, что бал сатаны, который так выделяется в романе, действительно значим для того, что Булгаков пытался донести до нас. Иногда самые популярные отрывки можно удалить без особого вреда. Насколько бы пострадал Гамлет без „Быть или не быть“? На самом деле это ничего бы не изменило».
Смелое утверждение, но о самом знаменитом шекспировском монологе надо будет поговорить как-нибудь отдельно. Здесь же отмечу, что некоторые ключевые моменты в своей постановке «Макбета», в целом довольно близкой к тексту, Полански таки изменил — и, прежде всего, возраст главного героя и его супруги, омолодив пару по крайней мере вдвое.
Полански, кстати, раскадровки не любит: он считает, что кадр должен формироваться на площадке, исходя из работы с актёрами. Разумеется, сцена продумывается уже на этапе сценария, в режиссёрской версии которого расписываются основные ракурсы, а также должно быть просчитано сочетание сцен друг с другом и задающийся этим сочетанием ритм.
«Если вы начинаете с раскадровки, это всё равно что если бы великий портной сшил прекрасный костюм, а потом стал искать, кому бы его надеть. Я использую раскадровки только для тех сцен, в которых моей команде будет проще понять, чего я хочу».
Собственно, если развернуть мысль Полански, то раскадровки нужны в первую очередь для работы с командой — не только на площадке, но и на предварительном этапе, — а также со студией. Поэтому они практически обязательны в технически сложных проектах или очередных частях крупной франшизы, или в тех случаях, когда надо продать идею (как, собственно, было с «Мастером и Маргаритой» у самого Полански).
Но есть и третий вариант, где раскадровки будут очень кстати, — это монтажное кино. Так, братья Коэны довольно подробно разбирают сцены будущего фильма, даже работая с таким оператором, как Роджер Дикинс. Будь его воля, он бы снял проходку героя по коридору каким-нибудь выгодным ракурсом, с пересечением маршрута персонажами массовки или какой-нибудь интересной перспективой, но Коэны уже заранее решили, что это будет монтажная фраза: ноги, идущие по коридору, затем средний или даже крупный план на идущего героя, затем дверь кабинета, в которую он входит. Собственно, чтобы не забыть снять все эти короткие (буквально пару секунд, а иногда и меньше) планы на площадке, и нужна раскадровка. Плюс, учитывая, что Коэны сами монтируют свои фильмы, на посте будет проще сопоставить отснятые дубли с тем, как они задумывались.
