К ужину я добираюсь до Огдена, где вполне рассчитываю найти одного-двух велосипедистов: всё-таки в городе восемь тысяч жителей. Однако самое близкое подобие велосипедиста здесь — джентльмен, прежде состоявший в одном из чикагских клубов, но не привёзший на Запад свою «повозку».
