осле двора-колодца, иконы в бордовой стене и исчезновения Бороды остаётся шрам — не на коже, а в самом восприятии. Святость тлеет в пыльных рамках, рельсы ведут не вперёд, а вглубь — к боли места. Город требует не снимка, а жертвы. Ты готов стать её проводником?