«Рельсовая Поднебесная», глава 28
Глава 28. Поход в мавзолей Мао
Субботнее утро 20 апреля выдалось ясным и чистым, что нехарактерно для Пекина, постоянно затянутого смогом. Я вышел из своей пекинской вписки близ метро Liangmaqiao около семи утра, очень рано — чтобы приехать на Тяньаньмэнь к восьми. План был такой — попасть в мавзолей Мао, причем хотелось еще и понаблюдать за процессом со стороны. Другого варианта не было — доступ туда только с 8 до 12 утра. С собой я взял небольшую оперативную камеру Canon, оставив «зеркалку» дома — массивная зеркальная камера в этой специфической обстановке будет больше пугать людей, чем снимать. В моем распоряжении было примерно полдня — вечером уже надо на Западный вокзал, загружаться на очередной поезд.
«Мавзолейная» тема мне всегда была интересна — до этого я был в мавзолеях Ленина (1983, 2004), Хо Ши Мина (1988) и усыпальнице Тито (1987). Теперь можно добавить в коллекцию и китайский, самый большой. В общем, в 8.20 утра я уже был на залитой солнцем и заполненной толпами народа площади Тяньаньмэнь, пройдя два кордона просветки в подземном переходе на выходе из метро. Сперва людское море кажется хаосом: везде бегают маленькие дети с красными флажками Китая в руках, ходят отдельные люди, непонятно зачем в разные стороны вышагивают целые группы. Однако стоит понаблюдать за процессом минут пять, и видишь — эти построения и перестроения совсем не хаотические.
Некоторые группы (а в среднем в них было по 20‑30 человек) просто строились за основной очередью, либо стояли с термосами, попивая чай — причем у каждой группы был свой уникальный отличительный признак. Скажем, бейсболки одного цвета и фасона, или даже целиком одеяния — как сухопарые стариканы из провинции Сычуань, изборожденные морщинами, в абсолютно идентичных синих френчах, или смуглые юноши с какого-то дальнего китайского юга, в красном. В основном эти группы прибывают из других городов — по профсоюзным, производственным или партийным линиям. Китай очень большой, групп тоже много, типажи разные.
Все стоят хмурые, сосредоточенные, никаких смешков. У каждой группы — свой руководитель, или тимлидер, уж не знаю, как он у них правильно именуется. У него была бейсболка того же цвета, что и у группы, но кроме нее — еще и высокий флажок, как ориентир для остальных. Старший группы проводит и инструктаж — чего тут можно, чего нельзя. Группы формируются в разных концах громадной площади, чтобы друг другу не мешать.
Старшее поколение для похода к Мао часто одевается в синие френчи — по заветам Председателя, призывавшего китайцев к скромности. И еще любопытная деталь: каждая группа централизованно снабжается бесплатной питьевой водой, а некоторые даже и тут не расстаются со своими любимыми термосами, висящими на руках (!). Потом, после построения, старший следит, чтобы все забрали свои бутылочки, а не бросали их где попало — так как если не следить, то именно так и будет.
Подавляющее большинство групп — из провинции. Их легко отличить от более вальяжных пекинцев — как по поведению, так и по одежде. Некоторые группы резко выделялись своим расслабленным поведением, смехом и улыбками — эти ребята мавзолей уже посетили. А вообще, за время нахождения в очередях с камерой (пока ее не сдал) я успел наснимать целый интернационал Поднебесной. Каких только типажей тут не было! Смуглые разговорчивые южане из Юньнани; рафинированные шанхайцы в щегольской форме — сотрудники какой-то авиакомпании; уйгуры в халатах и национальных шапках; маньчжурские северные типажи с грубыми чертами лица — таких много в Харбине; сычуаньские крестьяне с очень уж явными сельскими повадками… Была даже группа тибетских лам в малиновых кашаях[1]! И все собраны в группы.
В общем, главное мне было понятно — доступ в мавзолей Мао был, как и указано в расписании. Но где же строится очередь, куда надо вставать? Их же несколько, причем разной величины! Встать в самую короткую? Попробую. Встал, двигаюсь. Через 10 минут подошел какой-то хмурый мужик и жестом попросил меня выйти. Окей, затесался в другую, подлиннее. Но и оттуда меня быстро попросили, вычислив «чужака». Тут еще подошел охранник в фуражке и по-английски сказал, показав на мою камеру, скромно сложенную в футляр от зеркалки: «Это нельзя». — «А куда сдавать?» — он неопределенно показал куда-то за контур площади.
Гм… ладно. Понятно, что «нельзя». Пошел искать камеру хранения и нашел ее в низеньких строениях по обеим сторонам Главных Солнечных Ворот, это которые уже за зданием мавзолея. Тут тоже стояла очередь минут на 10 — уже преимущественно с иностранцами. Ага, значит, правильно пришел! Сдавать вещи здесь не бесплатно — единица хранения 15 юаней. В обязательном порядке сдаются все видео- и фотокамеры, металлические предметы. Выяснилось, что мобильники можно не сдавать, но выключать перед входом в Мавзолей обязательно: там будет проверка.
Камера хранения Мавзолея находится тут
Сдал, налегке иду обратно. Здесь же вижу и временные указатели на английском — оказывается, моя очередь («для всех неорганизованных») самая гигантская: это большая «змея», проходящая вдоль мавзолея правее него, и затем вьющаяся на 7 или 8 колен (!) на самой площади, перед памятником Народным Героям. А потом уже от памятника ко входу. О-о-х, сколько же в ней стоять-то? Но делать нечего, раз приехал в такую рань, да еще и фототехнику уже успел сдать. Буду стоять до победного конца!
Памятник Народным Героям в эти часы недоступен для близкого осмотра — там стоит почетный караул. Он стоит с северной, теневой стороны — лицом к Вратам Небесного Спокойствия, спиной к Мавзолею. На самом почетном посту Китая стоят два караула из пионеров: две девочки с цветами в руках, один мальчик-знаменосец. Цветы в руках — красные (цвет революции и подвига) и белые (цвет упокоения). Одеты в бело-синюю стандартную общекитайскую школьную форму. По бокам мемориала, с восточной и западной сторон, стоят воины НОАК.
Внутри ограждения в очереди стало повеселее: очередь движется быстро, все организовано предельно четко. На дальних рубежах этой мега-очереди еще можно выкинуть мусор, бутылку из-под воды или какие-нибудь шкурки-бумажки: по бокам стоят урны и плевательницы. Вторые предметы актуальны в основном для китайцев, не для иностранцев.
Дальше — «колени» по площади, созданные из металлических ограждений-«гармошек». Когда я сюда приехал через пять дней, то обратил внимание, что эти «лабиринты туда-сюда» оперативно формируются и разбираются в зависимости от величины очереди. По пути движения в нескольких точках есть проходы и скрытый фейс-контроль: сомнительного по поведению посетителя могут просто вывести. После того, как проходишь весь этот лабиринт с коленами, очередь поворачивает ко входу. Там же, перед павильонами финальной проверки, стоит заключительная перед посещением урна для мусора. Дальше китайцу (да и любому другому) уже нельзя ни сморкаться, ни плеваться, ни генерировать мусор — на это обращают внимание и строго бдят охранники в штатском, опекающие очередь.
Очередь в Мавзолей и её регулирование
Вход в Мавзолей с этой стороны
…И вот, отстояв в этих «коленах» почти час, приближаемся к кульминации! На ближнем подходе очередь делится надвое — павильона проверки два, они симметричны. Внутри — 4‑5 рамок; рядом лотки для телефонов, как в аэропорту — сотрудники проверяют, чтобы они были физически выключены. Иностранца обязательно спрашивают на английском про наличие камеры — надо ответить «No». Осматривают металлодетектором, затем можно проходить дальше.
За контуром финальной проверки — киоск с белыми хризантемами: там только стандартный букет из двух цветков, без каких-либо вариаций. Примерно каждый четвертый китаец покупает. Затем — кто с цветками, кто без, поднимаемся по ступенькам. В начале ступенек — объявление на китайском и английском о том, что мужчинам нужно снять головной убор. Всем шумящим китайцам девушки-сотрудницы на входе отчетливо шипят «Тссс!!!» и прикладывают палец ко рту характерным жестом. Ведь китайцы в обычном состоянии очень шумливы. Всех посетителей строят по двое.
Входим… Внутреннее пространство состоит из двух частей. В первой (северной) части — статуя сидящего Мао, барельеф за спиной, перед ним — подставка для хризантем. Кто купил цветы на входе — ставит их туда. Очередь опять делится надвое, проходя дальше в раздельные неширокие двери по бокам. Вторая (южная) часть мавзолея — хрустальный саркофаг Председателя. Свет неяркий, непрямой. Помещение, где он лежит, ограждено овальным стеклом — так что не подскочишь со святотатственной диверсией: все продумано. Великий Кормчий накрыт красным флагом с серпом и молотом, лежит ногами к северу, постамент для саркофага — две больших красных звезды по обеим сторонам. Лик его выглядит восковым. Впереди — рельефный серп и молот. Тихо-тихо движется змея очереди, все молчат — только еле слышно шарканье ног стариков.
Затем — еще один поворот и выход наружу. Там уже можно расслабиться, говорить и включить мобильник, если он есть с собой. Но самый основной сюрприз — это то, что сразу же после спуска с Мавзолея, внутри контура усиленной охраны, стоят киоски с революционными сувенирами! Можно купить, например, бюст Мао разных размеров, шапку с красной звездой, галерею Десяти китайских маршалов, а любимой подруге — сережки с золотым серпом и молотом и сверкающими красными рубинами. И еще много подобного в таком стиле.
За этими выходящими — киоски с сувенирами. Они на закрытой территории
Нескончаемый поток выходящих из усыпальницы Великого Кормчего
Для меня эта деталь в сакральном месте нации представлялась крайне необычной. Представьте себе, что в советское время — после Мавзолея Ленина и могил за мавзолеем — вы попадаете в киоски с советской символикой у Спасской башни, где стоят торговцы и активно впаривают сувениры. Невероятно для Советского Союза? Ага. Зато в Китае — нормально. Еще меня несколько озадачило то, что тело Мао находится выше уровня земли, примерно на 5‑6 м. Хотя, возможно, что для китайской ритуальной традиции это нормально, она же не христианская.
На выходе за мавзолеем с двух сторон также установлены скульптурные группы — борцы за Красный Китай. Одна группа — военные; одеты строго и стильно, видимо, регулярная армия времен ранней НОАК. Вторая — партизаны, там люди в фуфайках или свободно сидящих на фигуре балахонах. В руках у военного в форме и партизана в ватных штанах — цитатники Председателя.
Еще интересный момент: выходящие из Мавзолея — сами объект для обозрения. Реально, многие любопытствующие зеваки просто стоят и смотрят на выходящих. Я тоже к ним присоединился, когда сходил в камеру хранения и получил свой цифровик. Стоишь, наблюдаешь — а перед тобою нескончаемым потоком проходит разноликий Китай. Люди в этом месте шагают уже свободно и расслабленно, а не напряженно, как на входе. Здесь общий порядок контролируют люди с военной выправкой, но в строгих синих костюмах с галстуками, и с большими черными зонтиками от солнца (!).
Здание мавзолея — очень большое, и кроме тех двух залов, через которые протекает поток посетителей, там есть еще несколько помещений и второй этаж. Даже не знаю, как туда попадать.
Выход из зоны посещения
Залы мавзолея Мао
Северный зал. В центре зала расположена мраморная статуя Председателя Мао, высотой 3,45 м. На стенах изображена гравюра Сюй Куана «Родина». На стеклянном потолке расположено 110 источников света. Зал вмещает 700 человек.
Зал посетителей. В центре зала в хрустальном гробу лежат останки Мао Цзэдуна, одетого в серый костюм и покрытого китайским ярко-красным коммунистическим флагом. Основание хрустального гроба изготовлено из черного гранита. На входе в зал, на белых мраморных стенах изображены 17 позолоченных иероглифов (Вечная память великому вождю и учителю, Председателю Мао Цзэдуну).
Зал революционных достижений. В зале выставлено около 100 экспонатов, 224 документа, 490 фотографий, письма и картины, повествующие о истории КПК. Сейчас там установлены ЖК-экраны, куда выводится информация.
Кинозал. На втором этаже здания расположен зал, где показывают документальный фильм «Тоска».
Южный зал. В зале собраны растения и цветы, а также картины, изображающие китайские достопримечательности.
Так что мавзолей Мао Цзэдуна и в современном Китае «эпохи реформ» имеет большое идеологическое и даже сакральное значение; сюда непрерывно едут организованные группы со всей страны и потоком идут простые посетители. По субботам-воскресеньям очередь в мавзолей доходит до полутора часов и заметно длинней аналогичной очереди в мавзолей Ленина брежневской эпохи. И что интересно — движется она намного быстрей, благодаря умению китайцев филигранно работать с большими массами. Здесь причудливо смешивается весь Китай, который очень разный — от лощеных шанхайских менеджеров до диковатых сычуаньских дедушек или экзотических тибетцев.
У читателя может возникнуть резонный вопрос — почему столь важное значение придается такому, казалось бы, нелепому рудименту древности, как выставление тела покойного вождя напоказ? Дело в том, что при всем внешнем лоске открытости, КНР — идеократическое государство. Нет, это не какое-нибудь либеральное ругательство, а просто характеристика устройства конкретной страны.
Идеократическое государство — это государство, в котором идея (и производные от нее этика и право), сформулированная на языке религии, философии или идеологии, лежит в основе всей жизни общества и политики всех властных структур.
Идеократическим государством был СССР; сейчас им является, например, Иран, Вьетнам или Куба. Так же и в Китае: историческая оценка Председателю Мао дана партией в 1981‑1982 гг. (70% побед и 30% ошибок), в 1989‑м она была окончательно закреплена, и сейчас любые споры по этой тематике не поощряются, кроме сугубо специальных дискуссий в научных кругах. Для остальных в КНР эта тема закрыта и отношение к ней устоялось.
Схема символической оси — главной сакральной линии Китая
Мавзолей (цифра 1) расположен с присущим китайцам глубоким символизмом: он находится строго на главной столичной оси Север-Юг. Северный фасад его смотрит на памятник Народным Героям, а южный — на Главные Солнечные Ворота (Чжэнъянмэнь). Далее мавзолейная ось прослеживается не менее четко — по центру Ворот Небесного Спокойствия, где Мао в 1949‑м провозгласил новое единое государство — Красный Китай, затем по центру императорского Запретного города (цифра 2). И даже главную олимпийскую аллею в 2008‑м китайцы построили именно по этой смысловой оси (цифра 3, чуть правей — Олимпийский стадион). Чуть северней мавзолея вертикальная ось перекрещивается с главной горизонтальной (Запад — Восток, улица Чанъаньцзе). Синенькие символы на схеме — станции метро, подавляющее большинство из которых появилось в последние 10‑12 лет.
С севера мавзолейная ось упирается во Врата Небесного Спокойствия, главный императорский вход в Запретный город. Вход внутрь мавзолея визуально совпадает на оси с портретом Мао на этих воротах через центр памятника Народным Героям, которые южней.
История Мавзолея Мао Цзэдуна
Мао умер 9 сентября 1976 года. После свержения «банды четырех» под руководством маршала Е Цзяньина в октябре того же года, началось сооружение Мавзолея — с небольшой задержкой. Приступили непосредственно к его возведению в конце ноября 1976 г. Руководил стройкой тогдашний преемник Мао Председатель ЦК КПК Хуа Гофэн, и 24 мая 1977 г. комплекс был готов.
При этом партийное решение 1956 года о кремации руководящих деятелей было отставлено в сторону — по ряду причин партийные лидеры КНР решили бальзамировать тело Председателя. Судя по скорости сооружения, проект комплекса был готов заранее. Сведений об архитекторе, к сожалению, не найдено.
Где-то в районе полудня субботы я покинул площадь Тяньаньмэнь и поехал на свою пекинскую «базу» за вещами. Было радостно и приятно: за эти солнечные полдня я нащёлкал множество очень выразительных и даже уникальных кадров смешения разного Китая на его главной столичной площади. Я еще не знал, что все эти снимки пропадут вместе с оперативной камерой, которая исчезнет из моего рюкзака через три дня. Увы. Поэтому пришлось поехать туда снова, но уже в будний день, и заново снять некоторые моменты. Так что снимки к этой главе — с другого дня.
[1] Кашая — традиционное культовое одеяние буддистов.
