Почему булгаковеды часто пишут «Мастер», хотя Булгаков писал «мастер»?

В романе «Мастер и Маргарита» слово мастер по отношению к заглавному герою всегда пишется с маленькой буквы. В этом легко убедится каждый, кто откроет роман:

— Вы — писатель? — с интересом спросил поэт.

Гость потемнел лицом и погрозил Ивану кулаком, потом сказал:

— Я — мастер, — он сделался суров и вынул из кармана халата совершенно засаленную черную шапочку с вышитой на ней желтым шелком буквой «М».

Он надел эту шапочку и показался Ивану и в профиль и в фас, чтобы доказать, что он — мастер. — Она своими руками сшила ее мне, — таинственно добавил он.

— А как ваша фамилия?

— У меня нет больше фамилии, — с мрачным презрением ответил странный гость, — я отказался от неё, как и вообще от всего в жизни. Забудем о ней.

(Гл. 13. Явление героя)

Человек отказался от имени, фамилии… А как позднее выяснится всё в той же главе — еще и от профессии, и от жены. Осталось ему для самоидентификации только слово мастер, такое скромное, серое и невзрачное. Когда Булгаков пишет это слово со строчной буквы, он как бы подчёркивает эту жертву героя.

И, следовательно, интерпретатор, который называет обитателя палаты 118 Мастером с заглавной буквы, как будто бы небрежен к авторскому тексту, решается спорить с автором.

Но почему-то многие исследователи творчества Булгакова в своих статьях пишут слово Мастер с заглавной буквы — в этом легко убедиться, если начать читать литературу по предмету. Не стану делать этого лишь из экономии времени читателя.

Зачем они это делают?

И я в том числе — например, в статье о двух традициях прочтения романа М. А. Булгакова. Неужели не уважают авторское решение писать именно так?

Полагаю, есть две причины, почему так происходит.

Первая причина связана с научными традициями ведения полемики. Весьма часто критики или исследователи называют героя не так, как это делает автор. И связано это не с пренебрежением к авторскому тексту, а просто с экономией места, времени, сил и бумаги/ пикселей.

Например, главного героя повести Достоевского «Записки из подполья» между собой достоевисты могут называть «подпольный человек» или даже просто «подпольный». Потому, что в самих «Записках…» у героя имени просто нет. Надо же его как-то называть! Не использовать же каждый раз описательную формулировку вроде «главный герой» или «повествователь» … Что-то подобное можно вспомнить и в связи с героем рассказа Достоевского «Сон смешного человека»… Но это уже другая история, думаю, смысл понятен.

М. А. Булгаков, когда использовал слово мастер в тексте романа, тщательно выстраивал текст так, что героя невозможно перепутать с другими мастерами. Поэтому внутри текста романа слово мастер следует писать исключительно со строчной буквы, как это и задумывал автор.

Но представьте себе научную конференцию или научный сборник, не говоря уже о полемике в сети. Здесь «мастер», «мастерство» могут быть применены не в том значении, которое уместно в контексте булгаковского романа, применительно к самым разным людям и персонажам.

Такое словоупотребление всегда требует дополнительных оговорок, уходов в сторону от основной мысли.

Поэтому вполне логично для исследователей романа договориться любовника Маргариты писать с заглавной буквы, чтобы выделить его среди всех других возможных мастеров. Есть ли здесь неуважение к духу М. А. Булгакова или полемика с ним? Не думаю.

Вторая причина: М и W

Вернитесь еще раз, пожалуйста, к отрывку из 13 главы. На шапочке Мастера Маргарита вышила букву «М».

Вопрос у меня к уважаемым буквоедам — эту литеру на шапочке, это «М», Булгаков в своём тексте обозначил заглавной или строчной? Маргарита вышивала большую или маленькую букву?

Ответ дан Булгаковым в самом фрагменте: очевидно, что для Маргариты ее возлюбленный — Мастер, даже так: МАСТЕР, единственный. Поэтому я не вижу ничего предосудительного или некорректного по отношению к тексту в том, чтобы писать его имя с заглавной буквы.

К тому же как верно отмечают некоторые исследователи, литера «М» на шапочке, вышитая жёлтым (цвет луны, цвет Воланда) рифмуется с литерой «W» на известной визитке иностранного профессора.

Если шапочку Мастера перевернуть, то получится именно перевёрнутое немецкое дубль вэ. Поэтому Мастер — как бы он ни скромничал, не любой ремесленник-мастер, это подмастерье Воланда. Поэтому написание слова «мастер» с заглавной буквы также не противоречит определённому оттенку мысли Булгакова.

Таким образом для меня вполне допустимо писать это слово как со строчной, так и с заглавной буквы. Что думаете?