Серый день. Серая жизнь.

Как ни странно, выйдя из довольно унылого подъезда своей девятиэтажки, буквально за углом дома, обнаруживается довольно-таки приличный скверик. Где гуляют прилично одетые люди. Где бегают детишки и пускают мыльные пузыри.

И собачники, не менее чинно и благородно выгуливают своих питомцев. Самого различного вида.

Контраст между собой и окружающим миром становится до нельзя острым и пронзительным. Дома где больная мать, и брат инвалид. Где грязные обои и вечно орущий кот. Где на шее висят дамокловым мечом долги по кредитам и этот дебильный семидесяти процентный долг по алиментам. И даже, если что-то и перепадёт на дебетовую карту. То ее тут же сминусуют доблестные правоохранители.

Правда дочке уже пятнадцать лет. Да и мамаша ее, моя бывшая, явно не бедствует. Чего-то там мутит. На кроссовере разъезжает. Не чета нашему брату пролетарию.

А тут еще и ногу сломал. Да неудачно то как, операцию надо делать. Вот блин.

Брат приехал, старшой. ругается. Говорит в бомжатнике живём.

Тридцать лет его не видел.

Мы как из Казахстана уехали, я ещё школьником был. А старший там остался и женился. И дети у них пошли. Вон племянники мои вымахали оба, здоровые парни. Я теперь дядя. А что звучит.

А тут и мать умерла. Старенькая уже. Болела, вредничала, ни в больницу, ни на скорую. Ни в какую не хотела. Странно, с чего бы это. Ведь сама в молодости было неплохой медсестрой.

Жена старшего была с мамой до последнего, помогала как могла. Но, все случилось как случилось. На похороны я не поехал из-за своего перелома. Старший приехал и с женой маму похоронили.

Так и остались мы вдвоем с братом. А старший что? У него своя жизнь, работа, дом, дети. В Россию перебрались не так давно, лет пять прошло уже. Да и город не сильно далеко, если по карте России смотреть. Правда, автобусы туда не ходят, а если поездом, то только через Москву. С пересадкой.

(Новелла, сказка и миниатюра в стиле постапокалиптики).

 Куколка был обычной матерчатой куклой, ростом сантиметров тридцать. Обычным его занятием было: бродить по пустому полуразрушенному городу. Особенно ему нравилось открывать различные укромные уголочки бывших обитателей города. Вот вчера он нашел в одном разбитом подвале, среди хлама и мусора, красивую шкатулку. Она на удивление легко открылась. Внутри оказались занятные вещицы: металлический крестик, разноцветные красивые камушки, и маленькая твердая бумажка с картинкой. На картинке удивительно красиво и четко была нарисована женщина. А внизу было нарисовано несколько букв. Куколка читать умел, только никогда не пробовал это сделать. Ну а тут само провидение шло навстречу.

-Мэ, -а, значит ма-а, еще мэ- , и а- еще, что за ерунда. Два раза Ма-, и получается ма-ма. Мама, что-ли,- слово было новое и какое-то теплое. Куколке оно понравилось, поэтому он решил забрать картинку с собою.

Перебирая в руке разноцветные камушки, он размышлял: - В городе не было живых существ, никого. Совсем, совсем никого. Куколка был один. Почему так было, он не знал. Просто так было и все. Сам себя Куколка просто осознал, что он есть. И что его зовут Куколка. Еще он мог ходить по городу, копаться в кучах мусора и в завалах, и отыскивать различные занятные вещицы.

Кто раньше жил в городе и для чего он был построен, Куколке было невдомек. В одном полуподвале, сохранившемся в относительной целостности, был устроен немудреный домик. Здесь у Куколки хранились его сокровища. Было несколько потрепанных, со следами крысиных зубов, тоненьких книжечек, два металлических значка. Один был в виде желтой звездочки с колечком, а другой был в виде красного флажка с человеческим профилем и булавкой с другой стороны. Еще в коллекции было несколько забавных металлических кружочков. Они были разных размеров, разноцветными и ужасно тяжелыми; и на них были отпечатаны таинственные слова, как то: копейка, рубль, банк. Слова были совершенно непонятны и тем интересны. Еще были большие очки в роговой оправе со сломанной дужкой. Конечно, Куколка не знал, что «это» называется, очки и у них сломана дужка. Да ему было и незачем это знать. Просто ему было интересно, в зимние ненастные дни, когда на улицу и не выйдешь, забавляться с очками. При свете свечи, он ставил различные мелкие предметы за стеклами очков. А сам отходил по другую сторону и забавлялся тем, что мелкие предметы внезапно вырастали в своих размерах…

Сегодня с утра пошёл дождь, явление это был Куколке в диковинку и непонятно. Сразу промокнув и прикинув, что так дело не пойдет, Куколка вернулся обратно в свое убежище. Поскольку он был матерчатой куклой, и ткань мгновенно впитывала влагу, то предстояло придумать некое влагозащитное одеяние. В бездонных анналах-закромах у Куколки имелось несколько совершенно целых пластиковых пакетов. Взяв один подходящий по размеру. Он, недолго думая, располосовал куском стекла, по шву с одной стороны, пакет. Одев полученный дождевик на голову, примерившись, прорезал еще два отверстия под руки по бокам пакета. Осталось только подвязаться веревочкой и вперед за новыми находками и приключениями…

Обходя острые железки и большие камни на развалинах здания детского сада, Куколка хотел проникнуть внутрь и достать оттуда одну занятную штуку. Раньше это называлось: «Горшок», но Куколка знать этого не мог. Его просто привлекла емкость и удобство данной штуковины. Притащив такую штуку, домой, в прошлый раз, он смог разместить в ней разную мелочь. И сейчас горя желанием найти еще одну такую штуковину, он заранее прикидывал, что в ней он сможет разместить. Перебираясь по камням, Куколка заметил некий непорядок вещей. Посреди обычной в этих местах серо-грязноватой гаммы, промелькнул яркий зеленый цвет. Недоуменно приглядываясь, Куколка уставился на тоненький зеленый листик, который пробился сквозь куски асфальта и бетона на белый свет.

 «Что это?» – в маленькой матерчатой головке заворочались мысли,- «зеленое, как странно».

-Ты кто?- напрямую, решился спросить Куколка.