Рассвет только начинал размывать черноту ночи над городскими крышами, окрашивая небо в грязно-серые тона. Для него, сироты, эти первые проблески света знаменовали не начало нового дня, а конец изнурительной ночи. Ему на удивление повезло: он нашел подработку в двух местах сразу. С рассвета до полудня он был помощником кузнеца — носил уголь, качал мехи, привыкая к жару горна и звону молота.
