Жить станет сильно веселей (Фантастический рассказ, продолжение)

Зацепин маскировался под зашуганного старого чудака не просто так. И не из одной лишь привязанности к местам своего счастливого детства. Точнее, начинал он именно из этих побуждений, ведь у него, по сути, ничего не осталось, кроме памяти и пары сотен дорогих мелочей после того, как выросли и переехали в другие города и страны его дети. Детей он не осуждал, он их подбадривал, уверяя. что все с ним будет хорошо. Пусть хоть внуки поживут в относительно нормальных условиях, а он будет беречь свой старый дом до конца. Скорее всего, до конца своего, потому что изменить что-то в окружающей реальности вряд ли уже было возможно. Человеку нужен смысл, он не может просто жить, чтобы жить, жрать и спать, если он, конечно, человек, а не двуногая скотина. Решение принять свою молчаливую последнюю битву против надвигающегося чуждого мира на пороге родительского дома как раз дало ему этот смысл. Однако, вскоре появились куда как более серьезные мотивы держаться за привычный район.

Это случилось августовским вечером два года назад. Зацепин шел по едва видимой старой тропинке, успевшей основательно зарасти молодыми побегами. Это была самая середина сильно усеченного лесного массива, когда-то гордо именовавшегося «национальный парк», а сейчас сжавшегося до размеров небольшой рощицы между гигантскими кварталами бетонных джунглей. Весь парк можно было вполне пройти из конца в конец или даже по диагонали от силы за пару часов, но в нем все равно еще сохранились участки, где встретить кого-либо можно было только случайно. Тропинка, по которой любил гулять Зацепин, была знакома ему с детства, тогда это была весьма популярная у любителей природы основательно утоптанная дорожка, которую лесники периодически расчищали от упавших деревьев, складывая в аккуратные поленницы распиленные на метровые чурки стволы. С годами эти кучи заросли мхом, а потом превратились в холмики, на которых выросли кусты и трава, так что теперь тропа со стороны была практически незаметна. Здесь он отдыхал душой и мысленно уносился в те давно ушедшие времена, когда жизнь была еще совсем другой, а будущее представлялось светлым и радостным.

В этот раз прогулка как-то не заладилась, несмотря на так любимый им августовский закат. Тревога поселилась в груди, противно щекотала ребра и не позволяла окунутся в воспоминания. Причина выяснилась быстро. На обычно безлюдной дорожке вдруг появился плечистый мужчина в велосипедном комбинезоне неброского серо-зеленого цвета и зеркальном шлеме, а второй точно такой же вынырнул откуда-то из кустов за спиной Зацепина, отрезая путь к отступлению. На патруль они явно не тянули, те в велосипедных костюмах в обтяжку никогда не ходили, предпочитая строгую униформу Управления общественной безопасности или, на худой конец, спортивные костюмы, если косили под бегунов-спортсменов. Рассуждать над смыслом маневрирования двух «велосипедистов» не было нужды — классическая схема нападения в глухом месте на одинокого путника: справа и слева густая стена колючих кустов, образовавших некое подобие туннеля, где Зацепина эти ребята и подловили. А с учетом безлюдности этого места можно было смело сделать вывод, что ждали они тут именно его.

Однако «велосипедисты» повели себя неожиданно дружелюбно. Тот, что стол сзади отошел на несколько шагов назад, показывая пустые ладони, а тот, что заступил Зацепину дорогу, снял с головы зеркальный шлем и продемонстрировал хорошо поставленную профессиональную улыбку менеджера по продажам дорогих автомобилей.

— Добрый день! Простите нас за это неприятное испытание, но мы должны были убедиться, что Ваши когнитивные функции по-прежнему в норме, — приятным баритоном изрек велосипедист спереди.

— Извините за беспокойство! — торопливо добавил его зеркальный двойник сзади, тоже сняв шлем.

Зацепин отреагировал молча, приподняв одну бровь, и все еще стоя к говорящему вполоборота, чтобы видеть одновременно и второго, как бы говоря: «Убедились? И что с того?»

— Крепкая у Вас психика, Игорь Васильевич! — уже вполне обычным, бытовым голосом без характерного пафоса рекламного агента заявил тот, что спереди.

— Ни одного дурацкого вопроса, надо же! — в тон ему добавил тот, что сзади.

— Тогда сразу к делу! — решительно шагнул вперед первый. — Мы, Игорь Васильевич, шпионы. Предполагалось, что Вы сейчас спросите сами, кто мы такие, но Вы отмалчиваетесь, так что я следующую запланированную реплику включил сам.

Зацепин предостерегающим жестом остановил дальнейшее сокращение дистанции и снова вопросительно приподнял бровь.

— Хорошо у Вас теперь на Земле! — радостно прокомментировал тот, что стоял сзади. — После визита этих высокомерных засранцев, которых вы тут в ранг высших существ возвели, никому не надо доказывать реальность иных миров и цивилизаций. Вот раньше были проблемы! Только откровенные психи шли на контакт.

Тот, что спереди, перехватил инициативу и выдал уже и вовсе удивительное откровение:

— Мы здесь уже скоро 200 ваших земных лет, Игорь Василевич. Конкретно мы с ним. Шпионим помаленьку, базу готовим для контакта. А миссия наша и вовсе… Впрочем, это секретная информация. А тут прилетают эти лупоглазые ублюдки… Простите, я до сих пор периодически ошибаюсь в подборе бранных слов русского языка. Старался выбрать оскорбительный термин с оттенком пренебрежения, но в пределах литературной лексики. Да, я о зваргах. Прилетают и изображают из себя невесть что. И все ваши властители встают к ним в очередь на прием с полной готовностью целовать им задницы. Это было отвратительно! Мы почти уже собрались сворачивать миссию, разочаровавшись в здешних обитателях, но тут наш аналитический центр высчитал, что 75% населения вашей страны к обожествлению зваргов отнеслось крайне негативно. И это заставило нас заняться более глубоким изучением данного парадокса.

— Ему доказательства нужны! — крикнул из-за спины Зацепина второй. — Покажи ему фокус какой-нибудь, а то нас с коптера засекут скоро и патруль сюда пришлют, типа мы старичка на гоп-стоп в темном лесу взяли.

— Фокус так фокус, — обреченно кивнул первый и приподнялся без видимых усилий над землей примерно сантиметров на 30. Повисел и плавно опустился обратно. — Так сойдет? Выше не хотелось бы, возмущение полей могут засечь какие-нибудь датчики ваших местных контрольных систем.

— Ладно, господа шпионы, — откликнулся Зацепин, — что вы от меня-то хотите?

— Как что?! — дружно удивились близнецы-велосипедисты.

— Завербовать! Неужели непонятно? — пояснил первый.

А второй добавил:

— Вы же явный диссидент, уважаемый Игорь Василевич! Идейный и убежденный. Да еще навыки конспирации у вас очень неплохие. Мы Вас полгода почти вычисляли со всей мощью наших прогнозирующих систем, местным Вы не по зубам, не волнуйтесь. Они отупели совсем, цивилизация ваша по тупиковому пути идет, но это долгий разговор. У нас нет компьютеров в вашем понимании, лишь синергетический подход и, так сказать, групповая медитация. Хотя это не вполне корректный термин, просто иначе не объяснить в двух словах.

— Кстати зваргами эти говнюки себя назвали, откровенно издеваясь над человечеством! — сменил тему первый. — Они это из какого-то фантастического романа взяли или из фильма. Любят себя и презирают всех остальных. Типа низшая раса вы, примитивные существа. Мы так не думаем, у нас другие нравственные установки.

— Ну. конечно! — кивнул с кривой усмешкой Зацепин. — Поэтому ваша, так сказать, вербовка похожа до боли на дурацкий розыгрыш. Извините, мне надо идти. Я превысил норму времени нахождения в общественном пространстве отдыха, штраф придется платить, а у меня бюджет и без этого усечен до предела.

— Ничего Вы не превысили! Еще целых 20 минут. Но идите, мы Вас не смеем задерживать. Дома Вас ждет сюрприз-подарок. Можете им распоряжаться по своему усмотрению. Никому передавать нельзя, он самоуничтожится при передаче. Если захотите с нами связаться, сконцентрируйтесь, вспомните наши образы и пошлите волевой импульс. Этого достаточно.

— Поймите, Игорь Васильевич, — снова вмешался второй, — у нас есть свои моральные устои. Мы не можем себе позволить вести себя как зварги. Это они устроили тут величественное шоу, подыграв ожиданиям землян относительно формы контакта с высшей цивилизацией. Мы то же самое не можем теперь просто повторить Нам… Как это? Вот! Западло!

Зацепин, не выдержав, хмыкнул.

— Что смешного? Термин неудачный? Но по сути он верен. Вот мы и решили немного повалять дурака, чтобы не походить на этих величественных засранцев. Однако, наш подарок многое Вам объяснит без лишних слов. До связи!

С этими словами оба велосипедиста состроили комично зловещие гримасы, подняли синхронно руки в некоем подобии жеста «но пасаран» и так же одновременно превратились сначала в туманные силуэты, а потом исчезли вовсе.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.