Жить станет сильно веселей (Фантастический рассказ)
В Новогодние праздники хочется чего-то жизнеутверждающего, светлого. Мы попросили наших авторов написать для канала фантастики что-нибудь позитивное, веселое, но… Самое веселое из того, что было предложено опубликовано ниже. Тут хотя бы название бодрое. События происходят в альтернативной реальности и совершенно немыслимы в нашей. Для подчеркивания этого факта автор сознательно ввел в повествование несуществующее в нашей истории событие — контакт с инопланетной цивилизацией 17 апреля 2025 года. Мы же знаем, что такового не было. Значит, эта история не про нас.
С Новым годом, товарищи!
— Игорь Васильевич! Это Ваш ассистент Алина! Вы дважды пропустили сроки установки обновления национального программного обеспечения, приравненного, согласно ФЗ -722 — 1б от 22 июня 2050 года, к удостоверению личности гражданина республики Россия! — голос виртуального надзирателя из замаскированных под потолочные светильники динамиков мигом вытряхнул Зацепина из сладкой послеобеденной дремы. — Сегодня в 23.30 истекает резервный период! Вы можете быть привлечены к административной ответственности и лишены доступа к расширенным функциям платежной системы, общественному транспорту, помещениям общего пользования, аренде средств индивидуальной мобильности и…
— Да все я понял! Хватит! Отключить оповещение! — рявкнул враз погрустневший Зацепин.
— Оповещение не может быть прервано! — с явно выраженными зловредными нотками ставящей двойку учительницы ехидно сообщила виртуальная Алина.
Зацепин глубоко вдохнул, чтобы случайно не выругаться вслух (штраф две минимальных оплаты труда) и накрылся подушкой, пытаясь не слушать более перечисление всех благ цивилизации, от которого его отключат за отказ от обновления содержимого ПУ. Ох, уж эти ПУ! Не зря их в народе прозвали пультами управления, хотя в оригинале аббревиатура означала «персональное устройство». Он и Алину-то эту вредную держит до сих пор, несмотря на дороговизну обслуживания устаревшей модели, потому что она реализована по старинке — в отдельном блоке, заделанном установщиками куда-то под потолок. Современные встраиваются в то самое ПУ и выносят мозг непрерывно, даром что это из-за якобы заботы о здоровье нации. Их нельзя «забыть» дома, ведь они являются вместилищем всех идентифицирующих признаков, их нельзя даже отключить более чем на 15 минут.
Домашние ассистенты устаревших моделей в обязательном порядке имели какие-то невнятно-интернациональные имена с восточным уклоном. Такое было время тогда. Последние выпуски, произведенные уже после Великой Реформации (кстати, за написание этого словосочетания в любых публичных текстах с маленькой буквы предусмотрена административная ответственность), стали обзываться по псевдорусской традиции — то Ефросинья, то Агафья, а то и вовсе Аристарх. Это раздражало Зацепина еще больше, чем ушедшие в прошлое восточные мотивы. Но высказывать подобные настроения вслух было рискованно. Теперь же у нас объявлено десятилетие русской культуры. Пушкин в голограммах на каждом углу свои стихи вдохновенно читает, в вагонах метро мелькают за окном березки и девушки в кокошниках (тоже голографические), а объявил все это торжественно и практически без акцента Президент (с большой буквы, иначе 100 часов на уборке улиц гарантировано) Дагаев под дружные овации стоявших за его спиной членов правительства — министра просвещения Нариманова, министра культуры Зигатулиной и министра общественной безопасности Ненашева.
Попытки спасти государствообразующий этнос от постепенного ухода в историю были почти искренними. Даже вошедший в подкорку поколениям отечественных чиновников извечный «пилеж бюджета» на этом направлении был практически изжит жесточайшими репрессивными мерами министра Ненашева, в кабинете которого висит огромный, на всю стену, портрет Берии, выполненный в традиционной манере 30-х годов ХХ века. Удалось воссоздать близко к оригиналу вековой давности несколько практически вымерших городков европейской России, огромными региональными надбавками и льготами заманить туда полный набор врачей, учителей, работников сферы обслуживания с условно русскими фамилиями, открыть даже пару НИИ по изучению великого наследия стремительно исчезающей русской цивилизации. Но дальше дело не пошло. Несмотря на суровые тексты статей «за слова», термин «резервация» практически вошел в обиход при упоминании русских анклавов.
Дагаев, верный продолжатель начинаний своего покинувшего этот суетный мир Отца (с большой буквы, потому что он не только биологический отец действующего Президента, но и Отец Реформации, написание с большой буквы не регламентируется законом, но за ним тщательно следят малолетние стукачи из организации «Соколы Дагаева», а с этими ушлепками ругаться дураков нет) увлекся сохранением русской культуры не от любви к Пушкину, конечно. Его к этому подтолкнули события 17 апреля 2047 года, когда прямо на праздник Встречи с Вселенским разумом (в этот день 22 года тому назад Землю посетил инопланетный зонд с посланием иных миров) 2/3 дальневосточного региона проголосовало на плебисците за переход в юрисдикцию Китайской Империи Ли, за что тамошний Сын Неба и Первый контактер с расой зваргов Ли Сунь Ван торжественно освободил все население новых китайских территорий от налогов на три года.
Дагаева тогда, как утверждает враждебная пропаганда эмигрантского Белого Союза, едва удар не хватил — ему же доложили, что 80% проголосует за присоединение спорной территории к воссозданной республике Россия, где все народы как одна семья, в едином порыве устремлены и все такое. А тут на тебе… И ведь ничего не подправить, не подкрутить — это тебе не выборы наместников, китайцы сами те еще жуки, а еще наблюдатели от ООН потребовали ввести архаичную систему подсчета физических карт голосования, когда-то именуемых бюллетенями. Но Президент не зря с большой буквы писался! Он к вечеру 18-го пришел в себя, вызвал членов правительства на экстренное совещание, на котором лично арестовал, ткнув золотым именным пистолетом каждому в нос, трех министров: культуры, внутренних дел и по делам национальностей. После чего последовал указ о создании объединенного министерства Общественной безопасности под руководством помогавшего вертеть руки за спину провинившимся министрам (все в прямом эфире, трансляция на весь мир и еще на приемник зваргов на Луне) директора Службы Безопасности Ненашева. А аккурат в День освобожденного труда 1 мая вышел указ о десятилетии русской культуры.
Впрочем, даже такой харизматичный лидер, каким был Дагаев, не мог наплевать на вышестоящие инстанции. Да, они были, есть и, видимо, будут. Об этом все знали, многие про это говорили, за сказанное демонстративно даже не штрафовали (хотя, например, за фейки о провале коммунальной реформы уже три года общего режима сходу дают), но официально никогда такое и не подтверждалось. А что, умно задумано! Все в курсе, но как бы национальный суверенитет и все такое в наличии. Приличия соблюдены. Вон суверенитет опять свой золотой пистолет «соколятам» из младших классов давал подержать, вчера по трансляции целый час крутили. Президент и есть наш суверенитет. Это еще Отец Реформации объявил, не зря же он был зваргами приглашен на встречу, великий был человек. Преступники-кровопийцы из Белого Союза его на беду всему прогрессивному человечеству взорвали тремя тоннами УльтраТНТ вместе с яхтой и двумя корветами сопровождения, оборвали песню… А то бы он русское столетие объявил, не дожидаясь, пока озверевшее население Дальнего Востока к китайцам перебежит.
Вот и теперь эти самые вышестоящие, милостиво разрешая Империи и Республике решать свои споры в рамках обозначенных правил в свободное от реализации основной задачи время, видимо, решительно напомнили, что ту самую задачу надо бы уже выполнять, а то еще какие-нибудь террористы объявятся — на этот раз с плазменными пушками, а не с банальной взрывчаткой. Или даже с чем похуже. Поэтому терки с китайцами и десятилетие русской культуры в медийных рейтингах разом ушли на второй план, а на первый выдвинулась обязательная всеобще-поголовная комплексная цифровизация с переходом на современные модели социального регулирования. Дескать, итак со своими войнами да переворотами продвижение цивилизации едва вспять не повернули, валяйте теперь, крутите виртуальные педали, надо все наверстать.
Ну, крутят теперь от души, не за страх, а за совесть, что называется, и переходят во всю, только перья летят, фигурально выражаясь. Такие мастодонты, как Зацепин, пользуясь отсутствием пока уголовной ответственности за отказ от рекомендованных моделей ПУ, саботируют важное общегосударственное дело, чтобы не устанавливать новое программное обеспечение. За это они подвергаются всеобщему осмеянию и осуждению, загоняются новыми законами в каменный век, в натуральное хозяйство, над их хуторами ежедневно патрулируют дроны, выискивая сотни мелких нарушений в оформлении садовых дорожек и расположении зеленых насаждений, в использовании неэкологических материалов для строительства и превышении норм сброса отходов. Начисляются непрерывно штрафы, оформляются в автоматическом режиме постановления о сносе, перепланировке, замене и т. д. и т. п. Им не дают въезжать в крупные мегаполисы, не дают свободно перемещаться по стране, но ортодоксы упираются и не желают признавать неизбежность прогресса. Пока. Наивные! Их все равно дожмут.
Зацепин действовал умнее. Он остался жить в Москве. Записался на курсы переподготовки лиц пожилого возраста, получил специальность «гид-инструктор игровых систем», его даже снимали для какого-то сюжета репортеры «Голоса России» — вручается диплом и личный ключ доступа выпускникам среднего училища (14-15 лет) и одному единственному 60-летнему господину. Вот она, социальная цифровизация, вот она, поступь прогресса! Зацепина тогда поздравлял через видеосвязь лично младший сын Дагаева, который курировал департамент виртуального спорта в Министерстве Здоровья нации. Вот только дипломированный специалист Зацепин никак не мог себе найти работу с оплатой, позволяющей приобрести ПУ последней модели. Каждый раз на Профилактической комиссии пускал слезу и рассказывал, как старается, но не успевает, не успевает он за стремительно меняющимися трендами. И члены комиссии, брезгливо морщась, выносили постановление о присвоении минимально необходимого для жизни в Москве значения социального рейтинга в 3.2 балла.
Зацепин жил в своей старой квартире, в родительском доме возле остатков когда-то огромного лесопарка, где еще можно было найти тропинки, по которым маленький Игорек катал своих игрушечных солдатиков на игрушечном грузовике под надзором счастливо улыбающихся папы и мамы. В этом парке он и жил по большому счету. Уцелевших гектаров ему вполне хватало, зелень и близость трасс надежно маскировали от роя дронов, бездымное горючее из спецкомплекта, купленное у двух демобилизованных ветеранов Африканского корпуса за три платиновые вставки, позволяло незаметно вскипятить воду, заварить нормальный чай, без необходимости согласовывать его состав с идиотским наблюдателем из ПУ, иногда удавалось даже испечь картошку по древней традиции на углях, правда, предварительно накрывшись маскировочным плащом, купленным у тех же ветеранов. Зимой было сложнее, но зато проще объяснять свои ежедневные визиты. Сертифицированный набор «Друг дикой природы» всегда лежал в рюкзаке на случай встречи с патрулем — дедушка выполняет обязательную «Программу участия», птичек подкармливает, ничего запрещенного с собой не имеет. А ПУ? Ой! А на ПУ, господа офицеры, средств не хватает. Пенсии-то отменили, правильно сделали, конечно, здоровый труд и интеграция в общество продляет жизнь, на пенсии-то, говорят, умирали через пару лет от безделья и стресса… Тружусь, тружусь, господа офицеры, вы проверьте — рейтинг 3.2! Паспорт старого образца только с собой, но с вставкой голограммы! Вот, смотрите. Еще год действует, лично Президент (дай ему Всевышний еще сто лет жизни) разрешил, я слушал трансляцию!
Вот так и жил Зацепин, маскируясь под безобидного зашуганного чудака. Никто его всерьез не принимал. Все считали, что видят насквозь, как помутневшее старое стекло в заброшенном сарае ныне карантинного города Владимира (говорят, цыгане туда специально из Индии какую-то заразу привезли, но это происки враждебной пропаганды, конечно). Дед хитрит, юлит, чтоб не выперли из Москвы, напрягает свои силенки, ладно, пусть живет — так думают проницательные молодые дарования из муниципальной администрации. И пусть думают. Точнее, пусть считывают то, что им велят думать. А Зацепин пока будет вести себя тихо. До поры, до времени. У него есть важная миссия, ему нельзя рисковать.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.
