Свет далеких звезд. Глава 57
— Где я? — слабый голос донёсся с одной из коек, где лежали приходящие в себя дракониды. — Что произошло?
— Вы в медотсеке на борту крейсера, — спокойно произнесла Тива, склонившись над приборами, показывавшими состояние пациента. — Мы вывели вас из гибернации спустя семьдесят три года.
— Семьдесят три? — не понял драконид. — Что произошло, не помню?
— Не беспокойтесь, память, вероятнее всего, скоро вернётся. — ответила ему девушка. — вы очнулись первым, и мы пока не знаем, как быстро это произойдёт.
— А вы кто? — драконид наконец смог чуть внимательней рассмотреть разговаривавшую с ним девушку. — Вы выглядите необычно.
— Я — Тива, второй помощник капитана и глава медицинской службы крейсера. — Ответила ему ИЛ. — Я представитель другой расы, поэтому выгляжу не так, как вам привычно. Вам пока не стоит думать об этом, позже вас, как и всех остальных, кто придёт в себя, просветят о том, что произошло.
Дракониды один за другим приходили в себя и пока не совсем хорошо соображали. Часть мы смогли довольно быстро перевести в обычные кубрики, часть всё ещё оставалась под наблюдением. Для начала мы вывели из гибернации десять драконидов мужского пола и сейчас следили за их состоянием. Четверо из них были из капсул с сообщениями об ошибках в работе, и трое уже пришли в себя, а последний, хотя и ещё был без сознания, но каких-либо нарушений в работе его организма мы не обнаружили.
— Добрый день, — я поздоровался, входя в кубрик, где собрались пятеро из драконидов, уже пришедших в себя и не испытывавших проблем со здоровьем. — Я капитан этого корабля Ник Пирс. Как вы себя чувствуете?
— Я Хров Рун Парут, начальник безопасности станции «Шипо». — мне навстречу поднялся один из драконидов. — Спасибо, что позаботились обо мне и остальных. Сейчас я самый старший по званию среди очнувшихся и хотел бы обсудить с вами произошедшее.
Мы пока не выводили из гибернации остальных, пытаясь разобраться в местной структуре и иерархии. Собственно, именно поэтому я и пришёл в этот кубрик, следовало получить от уже очнувшихся аборигенов как можно больше информации. То, что в первой партии оказался один из начальников, было удачей, он наверняка знал больше других.
— Рад с вами познакомиться, господин Парут, — кивнул я ему. — вы готовы обсудить сложившуюся ситуацию тут, или пройдём в отдельный кабинет?
Драконид переглянулся с остальными, но всё же решил пройти в отдельный кабинет.
— Присаживайтесь, где вам будет удобней, — я указал на имевшиеся в кабинете кресла и диваны. — не уверен, что это подходит для вашего вида, но другого у меня тут пока нет.
— Вы видели чудовище? — Хров осмотрел предложенные места и выбрал широкий диван, где его хвост смог нормально разместиться. — Оно разрушило часть станции, после чего направилось на планету и напало на поселение.
— Мы его уничтожили, — кивнул я. — мощная зверюга была, но не слишком поворотливая.
— А что на планете? — Насторожился сразу драконид. — Там кто-то выжил?
— К сожалению, за то время, что мы провисели на орбите вашей планеты, никаких сигналов с её поверхности не поступило. — покачал я головой. — Это, конечно, не означает, что там нет выживших, но, учитывая, что тварь поднялась с поверхности, очень велика вероятность, что она успела уничтожить поселения, находящиеся там.
— Вы можете организовать высадку на планету? — в голосе драконида слышалась надежда. — Возможно, нам удастся найти выживших. Хоть кого-то.
— Мы, конечно, проверим такую возможность, — не стал отказывать я ему. — Но для начала давайте подумаем о тех, кто выжил на станции. К сожалению, не все капсулы перенесли это время хорошо, часть из них отключилась, и те, кто находился внутри, умерли, часть получили повреждения, и их обитатели также могут не очнуться. Но надеюсь, что большую часть мы всё же сможем вытянуть, хотя в любом случае это не поможет вам восстановить популяцию.
На самом деле, если на планете не осталось ни одного целого поселения, то участь этих особей будет очень печальной. Такого количества, как мне кажется, недостаточно для воссоздания популяции. Уж не знаю, как у них в плане вырождения при близкородственных связях, но даже если это не так критично, как у людей, они вряд ли смогут быстро восстановить свою цивилизацию без поддержки извне или хотя бы одного одарённого.
— А пока не могли бы вы описать структуру вашего общества до нападения? — решил чуть сменить тему. — Хотелось бы понимать, как вы жили до того, как прилетел этот монстр.
Сведения, полученные от этого драконида, в некоторой степени прояснили ситуацию. Теперь я по крайней мере знал, как всё обстояло до нападения. Само название у данного общества было Шорхи, и за время рассказа Хров неоднократно так называл свой народ. Свою планету они называли «Хрисса Алор» или просто «Алор», что буквально переводилось с какого-то древнего наречия их народа, как «Место, ставшее новым гнездом». Свою звезду, во всех каталогах записанную как КС1243, они звали «Риша ат Уррас», что также имело значение, смысл которого можно описать как «Дающая дневной свет», или как-то схоже, но чаще использовалась короткая форма «Риша». При этом этот древний язык у них использовался только для различных названий и имён, в то время как в обычной жизни они благополучно пользовались Всеобщим Имперским.
Общество этих драконидов, как и почти везде, опиралось на силу. После Катаклизма они довольно сильно деградировали в плане науки и стали пользоваться по большей степени холодным оружием. В какой-то момент у них сложилось довольно своеобразное общество, в котором правили боевые кланы, объединявшиеся в стаи. Кланы могли состоять как из представителей одной семьи или нескольких родственных, так и из отдельных представителей разных семей, объединившихся вокруг сильного лидера.
Из-за того, что мужчины и женщины по силе были почти равны, причём с некоторым перекосом в женскую сторону, то никакой гендерной сегрегации или дискриминации у них не было. Но была и кое-какая особенность: мужчин в их обществе рождалось примерно на половину меньше, чем женщин, что порождало полигамию, и семьи в которых рядом с одним мужчиной могло быть несколько женщин. Это было связано с какой-то особенностью в процессе созревания яиц, которые откладывали женщины-дракониды. Разбираться в этом более подробно я пока не стал, просто выяснив, что для рождения мальчика нужны были какие-то особые условия, в противном случае в девяти из десяти случаев рождались девочки.
Кланов у драконидов было много, но выделялось около двух десятков наиболее сильных и многочисленных, которые своей силой подминали под себя более слабые и формировали Стаи. Они и держали власть во всей колонии, руководили основными направлениями развития всего общества. На станции представителей крупных кланов не было, точнее не было тех, кто напрямую относился к этому клану, но в целом часть сотрудников, в основном высшего и частично среднего руководящего состава, состояла из тех, кто так или иначе входил в стаи.
Сам Хров был из клана Парут, одного из младших кланов, который был в составе стаи Раур, основной их сферой деятельности была наука и технологии. И вот он сейчас отчётливо понимал, что в сложившейся ситуации рассчитывать на поддержку своего клана или стаи просто нет смысла.
— Если кто-то и выжил на планете, то, скорее всего, произойдёт новая перестройка кланов и формирование стай, — произнёс он. — тут будет решать не столько сила стоящих за тобой сородичей, сколько личная сила каждого.
Он некоторое время раздумывал, после чего поднял на меня взгляд.
— Если вы решите предъявить права на остатки нашего народа и наших технологий, то противостоять вам никто не сможет.
— Я не собираюсь заниматься проблемами вымирающих народов, — покачал я головой. — Могу доставить вас в одну из обитаемых систем, но не более. Максимум, что я могу предложить некоторым из вас — место в команде корабля, но пока не представляю, чем вы можете быть полезными. Однако для начала давайте всё же закончим извлекать из капсул ваших соплеменников, потом попробуем разузнать, может, что-то сохранилось на планете, а тогда уже будем решать, как поступить.
В этом плане драконид не стал со мной спорить, поэтому, закончив разговор, он вернулся к остальным уже пришедшим в себя сородичам, а я направился к Тиве. Мне хотелось обсудить с ней возможность выведения из «спячки» остальных аборигенов.
— Думаю, мы сможем вывести из гибернации большую часть дракончиков, — улыбнулась она. — Пока был только один неудачный случай, остальные уже приходят в себя. Я изучила их анатомию и могу сказать, что они принадлежат к какой-то побочной ветви этого вида. Из воспоминаний Этины я знаю, что таких видов было много, но чаще всего дракониды были гораздо крупней. Я уже молчу про настоящих драконов, которые тоже существуют в этой галактике.
— Драконы и дракониды имеют общую предысторию? — решил уточнить я на всякий случай, так как сам ничего подобного не встречал.
— Да, — кивнула ИЛ. — Драконы, хоть и редко, но вступали в контакты с другими видами, и именно из-за этого произошли дракониды. Самих драконов существовало немало разных видов, и тут тоже сложно выделить, кто из них мог стать прародителями конкретно этой ветви.
— Ну, не так оно и важно на самом деле, — пожал я плечами. — Меня интересовала сама возможность, а не конкретика.
Следующие несколько дней мы постепенно выводили из гибернации местных чешуйчатых. А также изучали поверхность планеты, пытаясь выявить хоть какие-то следы живых драконидов. Не то чтобы я возлагал на это какие-то надежды, но и упустить что-то не хотелось. Раз уж мы стали размораживать тех, что были на станции, то следовало хотя бы попытаться найти их сородичей на планете.
Нам удалось извлечь из капсул сорок семь живых драконидов. К сожалению, девять из них пока были без сознания и, возможно, уже не смогут прийти в себя. Большую часть их физических повреждений мы восстановили, но вот повреждения мозга оказались достаточно критичными, чтобы они стали просто овощами без сознания. Надежды на то, что они восстановятся, я не видел, но и просто отключить их от искусственного поддержания жизни пока не решился. Для начала надо будет собрать остальных пришедших в себя драконов и посмотреть на их реакцию.
Пока же мы смогли определить несколько бывших городов драконидов, именно бывших, так как следы разрушений там было видно даже без особых усилий. Впрочем, в паре мест, где, по сведениям выживших, также находились поселения, всё выглядело почти нетронутым, но и каких-либо энергетических сигнатур мы там не заметили. Вероятно, чтобы не привлекать внимания Особи, там постарались свести к минимуму какое-либо излучение, но пока не побываем там, точно сказать не получится.
— Думаешь, стоит высадиться именно там? — Тива ещё раз изучила данные, полученные путём глубинного сканирования почвы. — Вот, не вижу я там никаких предпосылок к тому, что там что-то сохранилось.
— Как и во всех остальных местах, — пожал я плечами. — А раз нигде нет, то и без разницы, где высаживаться. Просто надо уже с чего-то начать. Вы с девочками продолжайте наблюдать за размороженными, а я с парой ребят Кротиса проверю это место.
— А зачем туда лететь тебе? — Астра слегка переживала за меня. — Может, пусть Кротис со своими парнями слетает. Если с тобой что-то произойдёт, мы ничего не сможем сделать.
— У вас достаточно полномочий, чтобы управлять всеми моими кораблями, — покачал я головой. — А по поводу парней: они там ничего не найдут, в то время как я своими возможностями могу прощупать местность почти на километр в глубину.
Я в самом деле стал замечать, что мои возможности несколько подросли и теперь я могу «чувствовать» дальше, даже без дополнительных устройств. Именно поэтому я хотел высадиться рядом с посёлком и прощупать, остались ли там ходы и полости. Со слов Хрова я знал, что все поселения залегали на глубине от полкилометра и глубже, поэтому надеялся, что удастся что-то почувствовать.
