Не обратная связь бесит их
Любая нотация бесит человека. Знаете, ребенок не считает себя дураком. И он не живет в режиме постоянной жажды нотаций. Сам по себе человек доволен собой, по умолчанию. И он поступает так, как считает нужным, даже если он не знает как — он выберет вариант и будет его придерживаться.
Когда что-то не получается, мы принимаем обратную связь. Огонь жжет, вода мочит. Это обидно? Ага. Фрустрирует, когда не получилось задуманное. Но к этому мы постепенно привыкаем.
К нотациям не привыкнуть никак.
Когда тебе читают нотацию, ты в слабой позиции. Над тобой — сила, ты ей подчиняешься. Это неприятно ощущать. И хочется одного — чтоб это скорее закончилось. В этом стрессе ничего не воспринимается. Зато нотации могут из раза в раз повторяться — если это стало психологической ловушкой, и ребенок теперь нарушением правил получает внимание от взрослых. Не удивляйтесь. Это лишнее подтверждение, что нотации не несут смысловой нагрузки.
Хотя взрослым кажется, что их священный долг — следить за ребенком и давать ему поучения, — это ошибка. Дети воспитываются на личном примере. А он в том, как мы поступаем, а не что мы говорим. В принципе все, что человек говорит, непременно лучше проверять делом, мы лживы и про самих себя мы особенно лживы.
С кем нужно использовать нотации? Я не знаю. Я уверен, что ни с какими детьми не нужно. И в три года, и в 12, и в 16 лет нотация будет вызывать протест, даже если по характеру ребенок спокойный и не выкажет его. С подчиненными на работе? Тоже бессмысленно, Васька слушает да ест, плавали, знаем.
В общем, нотация нужна лишь говорящему её. Ради самоутверждения. Ради имитации действия («наругал, объяснил, теперь будет делать как правильно»). Слить негативные эмоции в конце концов. А может, слив негатива поставить на первое место — очень успешны в нотациях невыговоренные люди, у которых внутри накопилось много-много негативных эмоций.
А что, не надо ребенку ничего объяснять? Без запроса — нет. Про этот мир рассказывать надо не в момент ругания за проступки, это плохо окрашивается в памяти. Для таких бесед есть огромный промежуток времени с 2 до 7 лет, когда можно выстроить формат непринужденного общения. Сам ребенок с 3 до 4 лет взрывается вопросами «почему?», на которые надо отвечать всегда. Если до 5 лет ребенок вопросы задавать вам перестал — это проблема, вероятно, его «отбрили», и он теперь будет получать информацию в другом месте.
И нотации здесь не станут выходом из ситуации. Если все общение о сути вещей, которое есть с ребенком — это нотации с накалом страстей, ситуация больная и пора браться за взрослого. Идти к психологу и разбираться, почему общение свелось к сливу негатива на ребенка (нет, это не оттого, что ребенок попался неправильный).
Ну а тем временем каждый из нас — набивает шишки, смотрит, какой порядок действий приводит к успеху, а какой нет. Хорошо, если есть взрослый, к которому можно обратиться за советом. Плохо, если на запросы прилетало «отстань», «рано тебе», а то и вовсе — «ну каким дебилом надо быть, чтобы такое спрашивать, не позорь родителей».
