В Советском Союзе умели сколачивать коллективы. Начинали проповеди ещё со школ и детских садов, потом на предприятиях усугубляли накал. КПД пропаганды был далёк от 100%, однако заметная часть рабочих бригад действительно превращалась в крепко спаянные команды, по типу футбольных болельщиков или клубов мотоциклистов.
Многие руководители, — как в России, так и на Западе, — считают работу в команде очень важной. И действительно, дружный коллектив, объединённый неформальными связями и общей целью, может добиться очень многого просто на кураже, без дополнительных ресурсов в виде высоких зарплат или дорогого оборудования. Чувство товарищеского локтя отлично мотивирует на подвиги, причём не только на военные (в армии без командного духа никак), но и на трудовые.
Вместе с тем люди — не такие дураки, как кажется некоторым идеологам командной работы. Нельзя вот так просто выйти к подчинённым и сказать: «Напрягись как следует, дорогая команда, мы все должны хорошо поработать, чтобы я купил себе по итогам года новый мерседес». Даже спортивные тренеры с зарплатами по 10 млн долларов в год часто вынуждены полагаться не на командный дух своих питомцев, а на их индивидуальный профессионализм. Обычный начальник, у которого нет ни тренерского таланта, ни привычных к жёсткому противоборству сотрудников, тем более не может надеяться создать по щелчку пальцев настоящий коллектив.
Повторюсь, многие пытаются, ибо награда за успех высока — команда работает гораздо продуктивнее, нежели россыпь безразличных друг к другу одиночек. Для этого устраивают тимбилдинги, поют корпоративные гимны, стараются произносить на каждом совещании мантру «мы команда» не менее 10 раз… Получается с переменным успехом. Если начальство глупо или цинично, если команду изначально создают с целью сэкономить на зарплатах, то коллектив с большей вероятностью как раз против начальства и объединится — что, кстати, тоже повсеместно наблюдалось в СССР. Грамотный начальник может надеяться на нечто большее: на аморфный коллектив приятелей, в котором считается хорошим тоном быть трудоголиком и болеть за общее дело — во всяком случае, на словах. Пожалуй, в мирное время это максимум, если только мы не говорим про секты и тому подобные экстремальные случаи.