
- Подпишитесь, чтобы читать далее

В этом выпуске мы рассказываем о сложной и разветвлённой эволюции рода Homo, опровергая схему «обезьяна — питекантроп — неандерталец — современный человек». Мы объясняем, что человек не произошёл от современных обезьян, а разделяет с ними общего предка, а антропогенез больше похож на куст с параллельными ветвями, гибридизацией и тупиковыми линиями. Обсуждаем Homo habilis, ergaster, erectus, гейдельбергского человека, неандертальцев, кроманьонцев и флоресских «хоббитов», а также роль прямохождения, орудий, мяса, огня, речи и культуры. Мы отмечаем, что многие классификации остаются спорными из-за фрагментарности находок. В финале разбираем мифы о «недостающем звене», деградации человечества и отрицательном отборе, заключая, что убедительных данных о всеобщем вырождении нет.
В этом выпуске мы рассказываем о сложной и разветвлённой эволюции рода Homo, опровергая схему «обезьяна — питекантроп — неандерталец — современный человек». Мы объясняем, что человек не произошёл от современных обезьян, а разделяет с ними общего предка, а антропогенез больше похож на куст с параллельными ветвями, гибридизацией и тупиковыми линиями. Обсуждаем Homo habilis, ergaster, erectus, гейдельбергского человека, неандертальцев, кроманьонцев и флоресских «хоббитов», а также роль прямохождения, орудий, мяса, огня, речи и культуры. Мы отмечаем, что многие классификации остаются спорными из-за фрагментарности находок. В финале разбираем мифы о «недостающем звене», деградации человечества и отрицательном отборе, заключая, что убедительных данных о всеобщем вырождении нет.
В этом выпуске мы рассказываем о парапсихологии, оккультизме и шарлатанстве в СССР — от дореволюционного спиритизма до перестроечных телеэкстрасенсов. Мы разбираем увлечения чекистов Шамбалой, Гипербореей и «энергополями», развенчиваем легенды о Вольфе Мессинге, Розе Кулешовой, Нинель Кулагиной, Джуне и Ванге. Мы объясняем, как сценические трюки, подсказки, внушаемость публики и государственная поддержка создавали репутацию чудотворцев. Отдельно обсуждаем Чумака и Кашпировского, чья популярность выросла на фоне общественной тревоги и утраты ориентиров. Наконец, мы вспоминаем воинскую часть 10003, пытавшуюся изучать «необычные способности», и приходим к выводу: мистические обещания не выдерживают проверки, а в кризисные времена особенно важно сохранять критическое мышление.
В этом выпуске мы рассказываем о парапсихологии, оккультизме и шарлатанстве в СССР — от дореволюционного спиритизма до перестроечных телеэкстрасенсов. Мы разбираем увлечения чекистов Шамбалой, Гипербореей и «энергополями», развенчиваем легенды о Вольфе Мессинге, Розе Кулешовой, Нинель Кулагиной, Джуне и Ванге. Мы объясняем, как сценические трюки, подсказки, внушаемость публики и государственная поддержка создавали репутацию чудотворцев. Отдельно обсуждаем Чумака и Кашпировского, чья популярность выросла на фоне общественной тревоги и утраты ориентиров. Наконец, мы вспоминаем воинскую часть 10003, пытавшуюся изучать «необычные способности», и приходим к выводу: мистические обещания не выдерживают проверки, а в кризисные времена особенно важно сохранять критическое мышление.
В этом выпуске мы рассказываем о Венере — первой планете, достигнутой земным аппаратом, — и истории её исследования. Мы вспоминаем ранние советские миссии «Венера», американские «Маринеры» и «Пионеры», объясняем, почему за плотными облаками когда-то ожидали океаны, джунгли и даже жизнь. Полученные данные разрушили эти надежды: Венера оказалась миром с температурой около 500 °C, давлением до 93 бар, углекислой атмосферой, сернокислотными облаками и постоянным оранжевым сумраком. Мы разбираем успехи аппаратов, передавших первые снимки, звуки, данные о грунте, молниях и вулканической активности, а также создание подробных радарных карт. В заключение мы обсуждаем, почему интерес сместился к Марсу, но Венера всё ещё полезна для испытаний экстремальной техники.
В этом выпуске мы рассказываем о Венере — первой планете, достигнутой земным аппаратом, — и истории её исследования. Мы вспоминаем ранние советские миссии «Венера», американские «Маринеры» и «Пионеры», объясняем, почему за плотными облаками когда-то ожидали океаны, джунгли и даже жизнь. Полученные данные разрушили эти надежды: Венера оказалась миром с температурой около 500 °C, давлением до 93 бар, углекислой атмосферой, сернокислотными облаками и постоянным оранжевым сумраком. Мы разбираем успехи аппаратов, передавших первые снимки, звуки, данные о грунте, молниях и вулканической активности, а также создание подробных радарных карт. В заключение мы обсуждаем, почему интерес сместился к Марсу, но Венера всё ещё полезна для испытаний экстремальной техники.
В этом выпуске мы рассказываем о развитии наземного транспорта — от первобытных носилок и волокуш до саней, колёсных повозок и русской тройки. Мы разбираем, как одомашнивание животных, изобретение колеса, улучшение упряжи, хомута и поворотной оси увеличивали грузоподъёмность и манёвренность транспорта. Отдельно прослеживаем историю дорог: хребтовых троп, античных каменных магистралей, средневековых трактов, караван-сараев и постоялых дворов, а затем макадама и раннего асфальта. Мы объясняем происхождение и назначение тарантаса, колымаги, брички, кареты, кибитки и различных саней. В заключение говорим о русской тройке как уникальной почтовой упряжке, сочетавшей рысь коренника и галоп пристяжных.
В этом выпуске мы рассказываем о развитии наземного транспорта — от первобытных носилок и волокуш до саней, колёсных повозок и русской тройки. Мы разбираем, как одомашнивание животных, изобретение колеса, улучшение упряжи, хомута и поворотной оси увеличивали грузоподъёмность и манёвренность транспорта. Отдельно прослеживаем историю дорог: хребтовых троп, античных каменных магистралей, средневековых трактов, караван-сараев и постоялых дворов, а затем макадама и раннего асфальта. Мы объясняем происхождение и назначение тарантаса, колымаги, брички, кареты, кибитки и различных саней. В заключение говорим о русской тройке как уникальной почтовой упряжке, сочетавшей рысь коренника и галоп пристяжных.













