Он пришёл в себя не в своей постели. Не в своём времени. И даже не в своём теле. Сознание возвращалось рывками, вместе с чужой болью. Лицо горело — свежие шрамы стягивали кожу, напоминая о том, что этот человек едва пережил покушение. Он поднял руку — грубые пальцы нащупали неровные рубцы на щеке. На простынях — следы крови. В воздухе — запах виски, пороха и страха.
