Город жил своей жизнью, мрачной, размеренной, предсказуемой. Его улицы были пропитаны магией так же глубоко, как камни мостовых — многовековой пылью. Магия здесь была не просто силой или инструментом — она была самой атмосферой, самой сутью существования. Она текла по каналам вместо воды, светилась в фонарях вместо огня, дышала в стенах домов вместо воздуха.
