Наш президент, выступая перед школьниками на открытом уроке, мимоходом упомянул важную взрослую истину — «трудолюбие не просто резиновая попа, это талант заставить себя работать и уметь это делать продуктивно» (ссылка). Журналисты порадовались, что у них есть официальный предлог поговорить про филей, а я вспомнил, как долго боролся со своим механическим усердием, и как продолжаю иногда страдать от него до сих пор.
Мой преподаватель немецкого любил повторять, что задница — главный рабочий орган студента. Дескать, сел за стул, открыл учебник, и учи неправильные глаголы, пока в глазах не потемнеет. Если задница слаба, долго не высидишь, встанешь, пойдёшь развлекаться. А если задница крепкая, резиновая, то к вечеру освоишь материал и получишь в итоге хорошую оценку.
Пожалуй, преподаватель был прав… внутри своей преподавательской картины мира. Однако читать студентам немецкий язык в техническом вузе — такая себе вершина карьеры. Платят мало, студенты ни в грош не ставят, и даже смышлёные питомцы не доставляют педагогической радости, так как твой предмет им до лампочки — их интересуют не Гофман с Гёте, а компьютеры и радиоприёмники.
Упор на крепкую задницу — распространённая беда, ибо людям проще делать, чем думать. Нужно, допустим, студенту съездить в библиотеку, в соседний район города. Можно подумать головой: узнать точный адрес, проверить маршруты троллейбусов, уточнить время работы, составить себе список книг. Потом поехать и взять всё нужное за один раз. Но так поступают только зануды. Типичный студент предпочитает поработать задницей — выйти наудачу из общаги и направиться примерно в сторону библиотеки, чтобы дойти до неё в нерабочее время и поцеловать висячий замок на двери. Усердный студент всё равно своё возьмёт: он сходит в библиотеку пять раз, и с пятого раза всё же сумеет набрать всё нужное. Но времени он убьёт на это в разы больше, нежели студент волевой.