Лабораторные крысы обладают здравым смыслом. Когда крыса находит в лабиринте кусочек мяса, она запоминает ответвление, чтобы позже заглянуть туда ещё раз. Но если учёные перестают подкладывать мясо на старое место, то крыса после нескольких проверок забывает о своей прошлой удаче.
Люди устроены иначе. В середине прошлого века исследователи ставили опыты над дикими племенами Южной Америки. Научив туземцев некому примитивному обряду, учёные тайком подкладывали им приз — допустим, хороший нож. С точки зрения туземцев получалась настоящая магия — поводил хоровод вокруг дерева, в дупле дерева волшебным образом материализовался ценный предмет. Посредством эксперимента учёные хотели проверить, как долго будут плясать вокруг дерева дикари, когда дерево перестанет выдавать им дары.
Результаты оказались обескураживающими. Дикари были готовы водить хороводы сколь угодно долго — хоть месяцами. Заметив, что ножей в дупле больше не появляется, дикари приходили к выводу, что делают что-то неправильно. Они видоизменяли ритуал, наказывали грешников или просто совершали больше подходов к снаряду, водили хороводы снова и снова, по три раза в день. Опыт повторяли на разных, изолированных друг от друга племенах. И каждый раз результат был один: дикари забывали про новый ритуал и возвращались к нормальной жизни только в том случае, если у племени кончалась еда. Пока еды хватало, дикари определённо предпочитали магию нормальной охоте, например.
Аналогичные истории я наблюдаю и в реальной жизни. У меня есть знакомый плиточник, — назовём его для определённости Михаилом, — который считает себя профессиональным музыкантом. Он постоянно ходит с гитарой, постоянно говорит о гитаре и даже иногда зарабатывает скромные суммы, выступая с товарищами на небольших мероприятиях «для своих». Работу плиточника мой знакомый презирает (хотя плиточник он талантливый), но всё же не бросает её полностью.