Поэма о Кроке
23
На дне колодца Крок одинок,
Но плавает как водяной,
Ибо он – крокодил,
Вот уже минут пять
Воздуха не перехватил.
Душевно его провожать
Взялись гоббосы и птица,
Когда был он у колодца:
Ждёт его рыба-убийца,
Как говорили древние страницы.
И поныне напряжённо сердце колотится...
Бини как родная мать
Принялась на щёку дышать-целовать.
«В силах ли я не подкачать?»
Чтец хладнокровен был чересчур,
Верил в победу
Вопреки всем бедам,
Как твердит предание
Людям в назидание.
Писец чуть не спал,
Взгляд запал,
Горняк молчал,
Молча кивал.
А течение всё сильнее вперёд манит,
По бокам – трубы гранит.
Вдали – фильтров сверкание,
Они как зори ранние.
Фильтры тут необычные,
Являют собой розетки,
В них – рубины фабричные,
Да самоцветы как в клетке.
Друг против друга лучи излучают,
Воду от соли очищают.
Лучи то магические,
В них – силы магнетические,
Коль попадёшь на них током ударит,
Может даже изжарит...
Желала Бини счастья, удачи,
Над Кроком кружила, песок подымая,
Обо всём этом предупреждая,
Плакала слёзно,
Говорила не пустит.
Прыгнув в колодец без спросу
Крок положил на великий путь след,
Путь битвы с бароном.
Окружён лучами со всех сторон он,
Надо меж ними проскользнуть,
Плыть Крок стал быстро
И проскользнул из пушки ядром.
Плыл дальше... и вот рифовый дворец,
Раскрашенный роскошно.
Уж не барон ли был творец?
Тут размышлять предолго можно.
На дне дворца лежит бутылка,
Та самая короля руфуса бутылка –
За море после гадания посылка,
А внутри – пазл, кусок руфи.
Над ней демоны марса ноздри надули –
Так был страшен кто высился над бутылкой.
Было то чудище с трезубцем и вилкой,
Глаза по-рыбьи вытаращены,
Сверху гребешок – ирокез.
Не уж то всему конец?
В воде так непривычно,
А чудищу в ней отлично.
Оно в воде –
В своей среде,
К Кроку спешит, как к еде.
Крок – прочь.
Во дворце – тьма-ночь,
Но озарилась
И заискрилась
Лучами из золотого трезубца,
Крок едва от них увернулся.
Хотело Крока чудище трезубцем поддеть,
Но он его хвостом – бах!
И ещё! И ещё!
Придётся, видать, попотеть,
Но дело не совсем табак!
Внезапно глаза Крока осоловели
От родившейся идеи.
– «Не стоит на меня нападать!
Быть может, вы моя мать?»
Задумалось чудище, нервно губы задёргались,
Но продолжало оно наступать,
Больше для виду, но страшно стрелять.
Быстро взял Крок бутылку
И прочь во тьму-ночь.
Плыл он обратно так, что ногу свело,
Чудище посохом лучит, чтобы было светло.
Еле-еле добрался Крок до лучей очистительных.
Едва их миновал,
Обернул взгляд к свету чувствительный,
Там просто золотая рыбка
Извивается гибко:
Трезубцем чудище лучи задело
И вернуло прежнее тело.
Рыбка сделала в знак мира три круга
Вокруг Крока, не очнувшегося ещё от испуга,
Скрылась и уплыла.
Это вправду та была,
Что по воле короля
Крока подарила.
Волшебство – вот сила!
Пусть читатель чувствительный возьмёт в толк,
Что барон Данте её не нашёл.
Крок поднялся обратно
И было друзьям отрадно.
Не забыта и бутылка
В схватке пылкой!